Когда-то очень давно выученный низовой навык, крайне редко используемый, но при этом только в самых исключительных случаях, не подкачал и сейчас. Палач отлетел назад, как футбольный мяч после пинка бомбардира во время пенальти. Свалил жаровню с горящими углями, сбил большую кадку с прозрачной жидкостью, кажется, уксусом, если верить запаху. В самом конце полёта ударился головой о выступающую петлю на стационарной колодке, закреплённой на двух столбиках, вмурованных в каменный пол. Те от столкновения громко заскрипели и немного накренились. Голове мужчины досталось сильнее. Кровь из раны только так плеснула на пол и колодку. А сам палач как рухнул наземь, так и остался там валяться, не подавая признаков жизни. Вот только никакого победного сообщения перед глазами не появилось. А значит, урод живее всех живых, просто без сознания.
— Р-а-а-а! — зарычал я, напрягая искалеченные руки. — А-а-а-ар!!!
И путы сдались. Лопнули, подарив мне свободу. Балансируя на грани беспамятства, я сразу же схватился здоровой ладонью за шарик и резко рванул его, приложив к этому все имеющиеся силы… и потерял сознание от нового приступа боли чуть ли не в самом сердце. К счастью, вспышка беспамятства продлилась считанные секунды. Когда очнулся, Ркон всё ещё недвижимо валялся на полу под колодкой.
Как оказалось, красный шарик венчал собой длинную и толстую иглу с зазубринами по всей её длине. И торчала та практически в самом сердце. Когда я вырвал её, может быть, оно даже остановилось. Но следом заработали таланты и запустило его вновь.
Что ж, я жив, почти свободен и опять силён. Значит, пришло моё время сделать свой ход. Держитесь, твари!
Глава 9
ГЛАВА 9
К счастью, с прекращением действия амулета заработали все мои навыки, отвечающие за жизнедеятельность. Они немедленно принялись штопать израненную тушку. И в первую очередь начали с сердца. Как только накопилось достаточно энергии я вытянул в сторону палача левую — ох и страшно она у меня выглядела — ладонь и выпустил в садиста кровавый серп. Кристалл из моей крови ударил мужчине точно в горло. Из раны быстрым ручейком потекла алая кровь.
То ли боль, то ли тяжёлое ранение привели в сознание палача. Он зашевелился и схватился за шею обеими ладонями ещё до того, как открыл глаза.
— Держи ещё, — с трудом прохрипел я и ударил по нему кровавым градом. Мелкие кристаллики избороздили ему лицо, превратив то в кошмарную кровавую маску: торчащие хрящи носа, ошмётки губ и рваные щёки, пустые глазницы, свисающие мелкие лоскуты кожи со лба. Это его не убило, но ввело в состояние предсмертного шока. Ркон остался лежать на полу, держа ладони на шее и вяло суча ногами по полу, царапая каблуками каменную плитку. Второй кровавый серп в шею поставил точку в его жестокой жизни. Магическая техника перерубила ему пальцы и рассекла крупную артерию. Кровь фонтаном ударила в потолок, а затем крупными каплями ещё несколько минут с него падала на пол.