— Хоть бы здесь повезло, — тихо сказал я себе под нос. — А то скоро вода закончится.

* * *

— Мама дома? Папа дома? Нет? — разговаривал я в основном сам с собой, и лишь в малой части обращаясь к голокожему зверьку, размером с овчарку и отдалённо напоминавшего слепыша. — У-у, зверёныш! — и следом другим тоном, пародийно-писклявым. — Бабушка!

Если кто не понял, то я рассказал анекдот для собственной поддержки, и чтобы немного разрядить обстановку. Под землёй я бродил уже сутки. Сначала по метро, потом по его второй «дикой» ветке, которая вывела меня в тесные пещеры и переходы между ними. К счастью, никого из живности не встретил до сего момента.

Со слепышом тоже повезло. Успел его заметить в свете факела и забраться на высокий уступ на стене пещеры раньше, чем он до меня добрался. Пробовал использовать мимикрию, но это не помогло избавиться от нежелательного соседа по пещере. Зверь переставал ко мне тянуться, когда я исчезал. Но не уходил, начинал водить головой по сторонам. И когда моё маскировочное умение заканчивалось, вновь возвращался ко мне и повторял попытку полакомиться моим мяском.

В данный момент я смазывал раздражающим и парализующим ядом несколько маленьких кронштейнов, прихваченных в метро. Они имели небольшие размеры и вычурную форму.

— На, тварь! Бабушке привет! — с этими словами я швырнул в пасть зверю три металлических кривых пластины. До неё было чуть больше метра, а размеры такие, что туда без проблем провалился бы бейсбольный шар, не задев зубов. Кстати, резцы у тварюшки были ого-го какие! Нижние сантиметров пятнадцать длиной, толщиной примерно с палец и имели острую скошенную верхнюю кромку, как у стамески. Верхние такие же, только чуть потоньше и длиной не более десяти сантиметров. На Земле слепыши с их помощью роют себе проходы и гнёзда под землёй. Судя по их размерам, эта тварь не только похожа внешне, но и действует также. Только здесь для неё что земля, что скала — всё едино.

Зверь мгновенно заглотил добычу, несколько раз двинул челюстями, а потом заверещал и сиганул вверх так высоко, что чуть не прихватил своими устрашающими зубами меня за ногу. Не ожидая от него такой прыти, я едва успел поджать нижние конечности. В груди всё похолодело, когда я представил, что случилось бы, не успей среагировать.

— Вот же ты сучонок голожопый, — плюнул я на него сверху, когда восстановил перехватившее дыхание. Сейчас уже мог себе это позволить. Зверь корчился и бился о камень подо мной, пытаясь отрыгнуть отравленные железки. Но я не просто выбрал их. Благодаря своей ломаной форме они должны были встать враспор в глотке твари, как рыбья кость.