А Берлигер точно не рассказал мне всего!

Я задумчиво постучал пальцами по столешнице и полез за деньгами. Времени оставалось в обрез. Если оно оставалось вовсе.

Когда я вышел из харчевни и зашагал по переулку, резь в мышцах утихла, а каждый вдох перестал отзываться резкой болью в спине. Но полностью свыкнуться с новым телом никак не получалось. Я будто управлял механическим гомункулусом, чьи металлические суставы только-только начинали притираться друг к другу, а тросы сухожилий были слишком сильно натянуты и требовали регулировки.

На углу я купил несколько газет и поспешил дальше, на ходу просматривая передовицы, все как одна посвященные сегодняшнему визиту ее величества в лекторий «Всеблагого электричества». Первые полосы пестрели снимками Теслы и Эдисона, но в «Столичных известиях» на второй странице поместили подробную статью о ходе восстановительных работ, там-то взгляд и зацепился за фотографию сегодняшнего гостя профессора Берлигера. Им оказался сэр Густав Гольц, председатель попечительского совета лектория.

Из первой же попавшейся по пути аптеки я позвонил в Ньютон-Маркт и попросил соединить с Бастианом Мораном.

— Инспектор Моран у телефона, — прозвучало в трубке некоторое время спустя. — С кем говорю?

— Не важно, — отозвался я своим нынешним голосом. — Я звоню по поручению профессора Берлигера, и, прежде чем вы сочтете услышанное дурным розыгрышем и повесите трубку, задумайтесь, почему меня просили переговорить именно с вами.

— Ну-ну, — хмыкнул инспектор. — Излагайте!

— Во время открытия лектория «Всеблагого электричества» будет совершено нападение на ее величество. Руководит заговорщиками Густав Гольц. Профессора Берлигера вовлекли в это дело угрозами.

В трубке послышался смех.

— Нападение на ее величество? Отличная шутка!

Инспектора можно было понять — в своей потусторонней ипостаси императрица Анна выжгла половину Старого города, любых убийц она развеет одним взмахом руки, а то и просто движением брови.

Но я не оставил надежды убедить собеседника в своих словах.

— В лектории установлен некий излучатель, который лишит императрицу сил, а профессор Берлигер с помощью электротерапии должен будет навсегда выжечь ее талант сиятельной. Кто-то из свиты — на стороне заговорщиков.

— Излучатель? — В голосе инспектора послышалось изумление. — Откуда… Какого черта⁈ Кто вы такой⁈

— Профессор Берлигер, — повторил я, — тот самый, что считается погибшим при пожаре в Психиатрической больнице имени Готлиба Бакхарта два года назад. Узнайте, что за исследования он вел, и примите правильное решение. Все случится в полдень.