— Зверя меньше потому, что сама Твердь мала, — поделился своими мыслями Клещ.

— Это да, — кивнул Чопарь. — Ширина того пояса от стены до стены всего сотня вёрст.

— Да вот только длинны в Тверди той дохренища, — снова перехватил слово Вепрь. — Чтобы в следующий пояс подняться, нужно обойти мир по кругу. Там уж Путь точно путь. Топать тысячи и тысячи вёрст предстоит. Возле Выхода с Земли начинается Великая река, что течёт на закат по серёдке той Тверди между двух горных стен и, весь мир обогнув, уходит на Сушь сквозь единственный проход в полуденных горах. Там такая же сплошная стена скал, что и здесь, на Земле. И барьер точно так же пройти можно в одном единственном месте — на выходе с пояса, вдоль реки по разлому.

— В общем, топать и топать, — вздохнул Бочка. — И дорогой охотиться. Оно ведь придётся отмер до двух сотен поднять, чтобы барьер пропустил. Народ годы и годы идёт до той Суши. И кто-то, так даже, доходит. Наверное.

— Точно доходит, — возмутился Вепрь. — И мы дойдём. Главное — сильную ватагу собрать и правила соблюдать. Серые за барьером расскажут, но мы и так уже знаем, как оно всё там устроено. Каждый отряд своим курсом идёт. Кто ближе к полуночным горам, кто к полуденным, кто вдоль реки по левому берегу, кто по правому. Чтобы случайно не сойтись, стало быть. И все от истока в разное время в путь трогаются, разрыв меж собой соблюдая. И метки-послания оставляют друг другу, по каким сразу видно, как давно тут отряд проходил и сколько людей в нём.

— Это, чтобы объединиться был шанс, — вставил Клещ. — Если в ватаге, что первой идёт, совсем мало народу осталось, то те, кто за ними шагает, коли тоже убыток в отряде, могут догнать первых, когда вместе тех и других меньше йоковой дюжины будет. Хитро, да?

— Связь — важное дело, — кивнул я серьёзно. — А что, по реке плыть нельзя? Водный зверь?

— В реке — смерть, — подтвердил Вепрь. — Но, если в отряде пугач есть… Ну, с даром, каким зверя отпугивать можно, то вроде плывут. Только там течение медленное. Не быстрее выходит, чем посуху. Кстати, нарушившим правило йоковой дюжины и пугач не поможет. Когда зверь попёр, не спугнёшь его.

— Вокруг всего мира… — размышлял мальчишка тем временем вслух. — Да без троп и дорог… Ох и долго получится. В Предземье по Большой земле прибрежным трактом народ вроде за оборот полный круг успевает проехать. Но то на повозках. На Твердь, поди, лошадь с собой не протащишь.

— В Предземье круг меньше, — поднял палец Чопарь. — Наш мир — это шар. Чем ближе к его середине, тем длиннее окружность. А кроме людей, да, из пояса в пояс для всего живого, даже для растений, проход закрыт. Вот, если бы Братство с той стороны у барьера поставило бы не маленький форт, а построило город… И постепенно вдоль берега реки повело бы дорогу с небольшими крепостями на ней, где могли бы укрыться идущие…