— Всё! Кто не успел, ждать не будем. Время дорого. За мной!

Шагаю в распахнутые ворота. Китар и ближайшие наши соратники рядом. За нами в первых рядах идут гости ковчега. Из заблудших здесь все до последнего человека — я специально проверил. Кто с оружием, кто с отломанной ножкой стола, кто с обычным булыжником, но за стенами наша главная сила — те из них, кто имеет боевой дар. Таких, вместе с моими бойцами из посвящённых, почти два десятка.

Идти — слишком медленно. Бежим экономной трусцой, не дающей отстать самым слабым из живчиков. Петракос и несколько стражников держатся рядом со мной впереди, своим видом показывая редким встречающимся на пути горожанам, что всё под контролем и с их разрешения. Форма охраны квартала заблудших в Ковчеге известна любому, и носящие её пользуются большим уважением. Мы специально несём фонари, чтобы всем было загодя видно, кто приближается к ним. Мне сейчас не нужны стычки с городской стражей.

Впрочем, представителей охраны порядка, как и распущенных по домам забойщиков, выходящих на периметр лоскута и садящихся в свои крепости на колёсах лишь во время охоты в предпоследний день недели, не видно. Город пуст. Кроме провожающих нас из окон осторожными взглядами женщин и редких детей, на прилегающих к кварталу заблудших улицах почти никого.

Но сквозь создаваемый бегущей толпой шум я слышу, как в центре города — кажется, звук идёт с главной площади — поднимается несопоставимый по громкости с нашим топотом гул. Вот где все люди. Гахары не мешкают. Судя по мощности гула, народа там — многие тысячи. До площади, у которой расположена резиденция Совета бессмертных, отсюда полтора километра. Я вовремя вывел своих. Очевидно, что последует дальше. Работать с фанатичной толпой очень просто. Нам нужно спешить.

— Стой! — сопровождаю я выкрик жестом поднятой руки с обнажённым клинком. — Сначала мы сами. Всем ждать! Вы со мной, — приказываю Петракосу. — Попробуем договориться.

Хранилище за поворотом. Охрана, понятное дело, не спит. Надо попробовать уговорить их отдать всё без боя — выбивать двери даром получится дольше, чем открывать их ключами — и заодно выяснить, нет ли среди этой четвёрки гахаров. Последние сразу же выдадут себя очевидной реакцией.

Топот толпы слышно издали, так что таиться не смысла — забегаем за поворот вшестером: я, Петракос и четверо стражников. У двоих из солдат фонари. Пусть видят, кто к ним пожаловал.

— Падай! — ору я и отбиваю мечами две отлетевших на мостовую стрелы.

Две из пары десятков, рванувшихся к нам дружным залпом. Засада! До хранилища чуть больше ста метров — вон, даже вижу до смерти перепуганного охранника, замершего с фонарём в руке возле дверей интересующего нас одноэтажного здания.