Всё, достало. Пора выложиться на полную, не играя в экономию сил. Стая потеряла почти половину состава, но и ребята изрядно выложились. Если так пойдёт и дальше, мы перебьём волков — но потерь не избежать. Кто-нибудь погибнет точно, а этого допускать не хотелось. Правило трёх трупов, мать его — а мне ещё нужно добраться до индивидуального турнира.

Я рванул вперёд, окутанный молниями и багровым светом, ускоряясь до предела. Тот самый третий волк, что был загадкой всё это время, рванул мне на перерез, на ходу покрываясь металлом — и я наконец понял, что у него за Закон. Элемент Металла! Неплохо, неплохо.

Мой меч, высекая искры, ударил в когтистую лапу зверя, блокируя его атаку. Мой левый кулак, напитанный молниями, ударил по железной пасти — хрен я дам себя цапнуть.

Мы оба одновременно активировали техники движения, закружившись подобно маленькому смерчу. Парочка монстров, попытавшихся сунуться к нам, мгновенно отлетела в виде кусков мяса различной шинковки — поддавки кончились, ребята. Мой противник был не в силах достать меня, однако и я никак не мог попасть по нему как следует, оставляя на металле уродливые царапины, не опасные для его жизни.

Раздался вой, усиленный Законом Звука — вожак снова объединил силы с остальной стаей, но теперь, лишившись угрозы в виде третьего волка, мои перешли в наступление. Оля, Исмаил, Вася и Илья, плюс Аня и Миша — стае пришлось худо, но даже несмотря на это, монстры почему-то не отступили. Вожак с его акустическими атаками уже был не так опасен — чем меньше волков оставалось, тем слабее были их коллективные техники, а закон первого ранга не то, чем нас можно пронять.

Мой бой тоже подходил к концу. Улучшив момент, я обрушил Выпад, вложив в него оба Закона и Проявление Ци. Против такого металлическое тело не выстояло, и бедолагу подняло в воздух призрачным клинком, нанизав, как бабочку. Отчаянно взвыв, бедолага в предстмертном услии выпустил десятки железных штырей во все стороны, но я ушёл от этой атаки.

Клинок растаял, исчерпав вложенную в него энергию, и волк рухнул на землю. В тот же миг я оказался рядом и отсёк голову зверя.

Следующим я выбрал вожака. Тот теснил Илью, обрушиваясь на того со всех сторон, пользуясь своим преимуществом в скорости и силе. Мой товарищ успевал защищаться, но атаковать не успевал.

Мой меч сперва отсёк лапу увлёкшемуся монстру, и тот, заскулив, попробовал сбежать — но теперь я был быстрее. Понимая это, он решил забрать меня с собой — и огромная пасть едва не сомкнулась на моей голове. Я допустил ошибку, ударив мечом в грудь монстра. Рана, конечно, была смертельная, но пара секунд у него осталась — и вот я стою, напрягая все силы и удерживая руками огромную пару челюстей. Из глубин глотки умирающегося вожака раздался последний, предсмертный рык — наполненный, правда, такой мощью, что я едва не оглох. Уши, глаза, нос, рот — отовсюду заструилась кровь, и я, разъярённый этой болью, использовал всю мощь, напрягая мышцы за пределами того, что для них было нормой. Результатом стала порванная пополам пасть и то, что ранящий меня рык затих окончательно.