Нет, конечно, организации поменьше тоже существовали — но соперников в финансовом поле у данного банка не было.

Так и вышло, что Ольвин решился тряхнуть прошлым и ввязаться в данную авантюру — ведь за двести тысяч центронов можно было позволить себе вернуться в срединные миры и обосноваться в них, а с достижением сферы Небес изгнаннику из родного клана можно было вздохнуть посвободнее, ведь его родной клан, по имеющейся у него информации, захирел и начал чахнуть после поражения в войне с соседями. Нынче там не было никого выше уровня Небесного Лорда, что давало ушлому практику надежду со временем стать достаточно сильным, что бы вернуть потерянное. Но в окраинном мире о сфере даже Небесного Лорда оставалось лишь мечтать — умирающие от недостатка праны окраинные миры попросту не обладали достаточной плотностью энергии для совершения прорыва.

Так что ушлому практику требовалось выполнить три условия — достать для Храма ядерное оружие (или подробное описание того, как его создать, со всем циклом производства), регулярно сливать все технологические достижения землян, достигнутые на основе магии, и как вишенка на торте — предоставить исчерпывающую информацию о Косте. И, как ни стыдно было об этом говорить, засранец почти преуспел по всем пунктам — его люди, на момент их захвата, уже сумели выведать пункты дислокации некоторых ракетных частей с ядерным оружием и составляли план того, как вырезать усиленный гарнизон. А с остальным всё было ещё проще — Костя своё местонахождение особо и не скрывал.

— С вами хочет поговорить один из Предков клана, — внезапно заговорил связной Иллитаров, открыв глаза.

— Даже так? — удивлённо вскинул бровь Олег. — Я готов.

Предками в мире практиков называли сильнейших членов организации, отошедших от правления. И клан Иллитар, несмотря на потерю немалой доли влияния, обладал невероятно крепкими основами — пятеро Небесных Лордов, практиков, что, достигнув пика развития в родном мире, имели достаточно уверенности в себе, что бы отправиться в мир более высокого порядка и рискнуть совершить прорыв. Лишь один на десять из рискнувших выживал, и лишь один из четверых после этого возвращался домой — гораздо выгоднее было попробовать добыть технику эволюции более высокого ранга и двинуться дальше в своём развитии.

И лишь ничтожно малая часть подобных гениальных практиков возвращались на родину, что бы стать опорой и поддержкой для своих. Причём в этом плане кланы были в более выгодном положении — как никак, родственные узы давали больше гарантий того, что человек вернётся.