Какой-нибудь опытный драконоборец, наверное, посоветовал бы мне поступить как в книгах, читанных мой в детстве — ткнуть мечом в распахнутую пасть чудовища, вот только глядя на клокочущее там пламя, я решил воздержаться от подобного авантюризма. На полном ходу я, чуть сместившись, использовал Разрез и силу меча, ударив в бок ящера. Меч, вонзившись сантиметров на семь в тушу твари, прочертил длинную, мета на три, царапину, из которой потоком хлынула кровь. Тварь за моей спиной заревела от боли, но порадоваться успеху я не успел — могучий хвост хищника ударил меня, отшвыривая в сторону.

Рёбра отчётливо хрустнули, в глазах потемнело от боли, а сам я покатился по песку. Меня смело метров на тридцать, но разлёживаться времени не было — разгневанный монстр уже шустро разворачивался, а в его пасти, вырываясь меж огромных клыков, плясало пламя. Однако выдыхать его он не спешил — вспыхнули узоры на теле твари, и она вновь рванула в атаку.

Движения варана определённо ускорились, и мне пришлось выкладываться на полную, не обращая на боль в рёбрах, использовал Поступь. Проявление Ци пришлось отключить — слишком большая нагрузка на тело. Не схлопотай я удар хвостом, и ещё была бы возможность использовать багровую энергию, но в таком состоянии тело просто не выдерживало. Собственно, я даже не сам отключил технику — она слетела с меня после удара. Всё же рановато мне в полную силу пытаться драться, рановато.

Я едва поспевал за движениями твари. Та не спешила открывать пасть и старалась бить лапами, на удивление, довольно успешно. Смешно сказать — я, один из сильнейших, если не сильнейший, до недавнего времени воин в своём мире, клавший монстров, даже превосходящих меня в развитии, пачками, сражавшийся с практиками сферы Земли и побеждавший, убивший своими руками даже двоих чужаков, добравшихся до сферы Небес — сражаюсь изо всех сил с тупоголовой ящерицей, не способной даже правильно использовать свои силы, и постепенно проигрываю! Я!

Обычно, когда гнев начинает захлёстывать мой разум, мне удаётся его сдержать. Мой принцип — бейся с холодной головой, думай, что делаешь и не позволяй глупым эмоциям вести себя. Но тут, видимо, планка у меня совсем уехала. Рыча не хуже варана, я встал на месте, отражая удары лап монстра. Раз, второй, третий, седьмой, тринадцатый — я, чуть ли не роняя пену от бешенства, отбивался от монстра. В глазах твари мне чудилась насмешка хищника, играющего с жертвой, физическая сила чудовища была на голову выше моей, и каждый удар вбивал меня по щиколотку в песок, вынуждая делать шаг за шагом назад, что бы не увязнуть в песке.