— Это не я, — поморщился боец, — напарник дебил. Я вообще спал, когда услышал выстрел, а когда вскочил, было уже поздно. Вот только винтовка от дурака осталась, прямо в меня прилетело, когда полыхнуло, она меня в коридор и вынесла.

Клим посмотрел на полыхающий этаж, гореть тут было чему, всё старое обветшалое, под пластиковыми панелями, которым обшили стены, занялось бодро.

— Короче так, боец, я не поклонник или, как ты назвал, приспешник, волосы у меня есть, кодировка отсутствует. Хочешь жить — иди со мной, там внизу ещё люди, обыкновенные, нормальные люди. Киберы мне враги. Только пойдя со мной, ты можешь убедиться, что я говорю правду. Решайся.

Мужик повернул голову, почти весь этаж уже весело полыхал, ещё немного, и огонь вырвется на лестничную площадку.

— Чёрт с тобой, помоги, — решился мужик, судьба сожжённого мяса его, похоже, не устраивала.

Клим легко, одной рукой, поднял мужика, закинул себе за спину плазматик, подхватил «гаубицу» и, встав слева, фактически понёс раненого вниз. Незнакомец скрипел зубами, но молчал, а когда задел обугленной ногой о валяющийся на площадке ниже развалившийся стеллаж, и вовсе вырубился.

Клим выскочил наружу, волоча на себе бесчувственное тело. Тут же подбежали Чек с Петровичем, и забрали висящее на командире тело.

— Кто это? Это он стрелял? — спросила Карина, продолжая контролировать площадь, устроившись за разбитой баррикадой, оставшейся в наследство от поклонников.

— Сказал не он, — ответил Таран, — напарник. Но проверить не выйдет, там всё полыхает. Наш яйцеобразный дроид долбанул так, что от дома через пару часов одни угли останутся. Как его звать и кто такой, я без понятия, не до этого было, но снаряга у него неплохая и новая. На бомжей из вашего бункера он не похож.

— Не наш, — отозвался Петрович. — Клим, ему нужен регенератор, потрепало его по полной. Сдохнуть может.

— Действуй, — разрешил он, — но малой дозой, хочу посмотреть, как сработает.

Шлык кивнул и достал из нарукавного кармана пакет, в котором лежали две таблетки. Порывшись, он достал одну и сунул маленькую в рот раненого. Глаза того мгновенно распахнулись, он дёрнулся, но мужики его без труда удержали.

Клим ещё ни разу не видел, как работает таблетка на серьезных ранах, поэтому с интересом наблюдал за пострадавшим бойцом. Несколько минут ничего не происходило, а потом обуглившееся мясо стало меняться, пеплом осыпалась повреждённая ткань, которая начала наращивать недостающее, восстанавливались мышцы и сухожилия.

— ИС, сколько процесс займёт времени?

— С такой скоростью регенерации минут двадцать, — ответил имплант после короткой паузы.