Я открыл Араику дверь пошире, и он даже шагнул внутрь. Мы с ребятами переглянулись. Экспедитор сделал еще шаг и оглядел стол. А стол был накрыт скатертью, которой раньше не было, потому что под ним лежал связанный и вырубленный Шуруп. Я все же решил не рисковать, и вырубил его наглухо, хоть и кляп воткнул.

Араик повернулся выходить, кинул взгляд на меня, посмотрел на Рябого и вздохнул, обратившись к шоферу:

— Представь, нажрались эти утырки, вон, в подсобке готовенькие лежат. А Шуруп говорил, что он их зашил. Клялся прямо.

Он пошел обратно к фуре.

— Сука, шайтаны, — водила сплюнул. — Так он отошел если — может, подождем тогда?

— Ты не слышишь, Мамед? Говорю, время, брат, время! Пусть эти лохи грузят, раз их Шуруп позвал, значит, доверяет! А потом, как вернется, с остальным разберемся. Сам будет грузить за такой косяк… Накладная где, работяги?

Мамед вытащил из кармана сложенный вчетверо листок, который вместо накладной использовался, сунул армянину.

— Поаккуратнее с документами нельзя обращаться? — возмутился тот.

— А, — кавказец отмахнулся, мол, отвали.

Армянин мне накладную сунул.

— Проставишь?

Я документ взял. Ничего необычного, самая обыкновенная накладная. Но на что взгляд сразу упал, так это на печать — Херхерян Карен Ашотович. Внутри у меня кольнуло. Вряд ли это совпадение или случайность. Похоже, что грузоперевозкой на склады занимался именно тот самый Карен, что держал притоны.

— Не умею, — честно сказал я и добавил: — я ж не на этом складе работаю, — я покачал головой и вернул накладную обратно.

Все, что требовалось узнать, я уже увидел.

— Ладно, давай грузиться, я сейчас вместо Шурупа печать поставлю, а потом с ним переговорю, — Араик свернул накладную и пошел на склад, уже со спины добавив. — Ворота открывайте, чего встали, как истуканы? Время, говорю, поджимает, до половины десятого надо выгрузиться. Сделаете, сверху по пятихатке на рыло дам.

Мы с Рябым охотно бошками затрясли, изображая, что Араик нас премией страсть как замотивировал. Рябой пошел ворота открывать, а я вслед за кавказцем — к кузову фуры. Мамед с ловкостью пантеры забрался на фуру, открыл дверцы и кивком показал мне, что можно разгружаться. Он, кстати, сразу как-то расслабился, раз Араик ему сказал, что работать можно — так тому и быть.

В кузове сплошняком стояли большие сколоченные наспех деревянные короба.

— Брат, как выгружать, слюшай…

Мамед пояснил, что в коробах лежали коробки с солеными овощами — помидоры, огурцы. В каждом коробе по двадцать четыре ящика, всего коробов — пятьдесят штук. Он предложил выгружать ящики из коробов, а уж потом сами короба таскать. Конечно, работы здесь было явно больше, чем на полчаса. Но, видимо, Вован и Славик с подобными задачами справлялись, раз их держали здесь. Ничего, разберемся.