— А смысл? — изумилась Алина. — Они что, развлекаются так, что ли? Это же все равно, что купить, например, хорошую машину и тут же сбросить ее с обрыва. Зачем на это деньги тратить?

— А затем, Алина, что они, а точнее, те, кто их послал, хорошо понимают: в телевидении и вообще в шоу главное — это красивая картинка. Что там происходит на самом деле, мало кого волнует. У кого картинка — тот и победил. Помнишь, ты удивлялась, как журналистки на нашей пресс-конференции рты поразинули и никому даже не пришло в голову проверить, кого мы выставили под видом американца? Я уж не говорю — поинтересоваться, есть ли в Америке вообще боец с таким именем? Хотя минимум у половины из них есть международные контакты, а у кого нет — легко найти. Вот здесь — ровно то же самое. Кстати, насчет машины — возможно, ты удивишься, но некоторые и машины хорошие покупают, чтобы бить. Так делают, когда в кино подобная сцена нужна, а деньги считать необязательно. Считай, что эти тоже кино свое снять хотят. Которое будет совсем не похоже на наше.

— Кажется, я начинаю понимать, — проговорила Алина. — То есть они скупят все места, а потом по телевизору покажут почти пустой зал.

— Схватываешь на лету, — подтвердил я. — Именно! И мало того — зрители, которые все-таки придут на турнир, увидят, что большинство мест пустует, и начнут думать: «Да, это все-таки, наверное, какая-то ерунда! Я как лох сюда пришел, а все умные люди где-то в другом месте». Зритель же как рассуждает? Если где-то аншлаг — значит, мероприятие крутое. Ему лень задумываться, что людей можно нагнать силком или обманом, а на действительно крутые вещи может ходить узкий круг любителей. Тех, которые понимают, что это такое.

— Так и получаются пустые залы в музеях, — проговорила Алина. — Где две раскрученных картины — всегда толпа, а в остальных залах пусто, хотя там могут быть работы того же автора…

— «Я поведу тебя в музей — сказала мне сестра», — продекламировал я. — Короче! В результате что получится? Мы вроде как наделали шуму, анонсировали чуть ли не бой века, а все увидят, что мы проводим свой турнир перед пустыми креслами. Репутация — вниз, на дальнейших проектах — крест, наши спонсоры нас нагибают с претензиями, в результате мы — в огромных долгах и покрыты позором, конкуренты потирают руки.

— Ну ты голова, — чуть ли не в первый раз за все время Алина посмотрела на меня с восхищением. — Я бы ни за что не догадалась. Ну, разве что потом…

Я изобразил, что польщен. Да, дескать, я голова и еще какая, а ты как думала? Не рассказывать же ей про двадцать первый век, где такие схемы уже были чуть ли не привычнее, чем подрезание бумажников в транспорте.