— Спасибо, отец, не нужно, — покачал я головой.
— Вай, зачем отказываешься, дорогой? — не отставал грузин. — Это Москва! Расстояния большие, люди разные, а со мной ты вжик! — и дома будешь! Честно говорю, копейки возьму! Не обману!
Я улыбнулся. Он чем-то напоминал мне персонажей старых советских фильмов — даже уговаривает так же наивно.
— Да нет, спасибо, — снова отказался я. — Я не спешу. Наоборот, хочу прогуляться.
Грузин сдаваться не собирался. Он достал с заднего сиденья красивый букет роз.
— Тогда возьми девушке цветы, а? У такого молодого парня не может не быть достойной девушки! А хочешь, я прямо к ней тебя и отвезу! У меня есть все для твоего хорошего вечера! — заговорщики подмигнул грузин.
Да, чего-чего, а говорить грузины умеют. Ну и правильно. Хочешь жить — умей вертеться. Даже жаль, что мне сейчас никуда не нужно ехать.
— Да нет, отец, извини, — сказал я. — Мне правда прогуляться надо. Одному. Бывай.
Грузин огорчённо вздохнул.
— Ну, что ж поделаешь. Удачи тебе, брат!
С этими словами он уселся обратно в машину и положил руки на руль. Вообще, этот дядька был очень приятным и обаятельным. В другой ситуации я с радостью бы дал ему заработать. А так — ну не один же я шатаюсь по вечерней Москве, найдет себе другого пассажира.
Хотя…
— Эй, генацвале, стой! — я подошёл к нему и хлопнул по бамперу.
— Что решил, дорогой? — заулыбался грузин.
— Сколько, говоришь, цветочки твои стоят? — спросил я.
— Договоримся, брат, — расцвел водитель. — Не волнуйся, я цены никогда не заламываю. Давай я тебя сразу и домчу к твоей красавице, а?
Я сел на переднее сиденье рядом с ним и назвал адрес гостиницы, в которой жила Алина.
Глава 11
— Вай, дорогой, решился провести вечер с шикарной девушкой! Правильно делаешь — жизнь одна! Зачем нам ещё такие вечера даны? Для того, чтобы радоваться этой жизни, верно?
Грузин, казалось, буквально расцвел от того, что ему удалось меня уговорить. Он без умолку нахваливал меня, мою красавицу (которую никогда не видел), пророчил нам счастливое совместное будущее, травил бородатые анекдоты… Хотя, может, это я, помня будущий век, считаю их бородатыми, а сейчас-то они ещё более-менее свежие? Я вежливо улыбался, чтобы не обидеть радушного водителя.
А он тем временем перешел на свою автобиографию.
— Знаешь, я же вообще-то в Союзе учителем работал, в школе, в Тбилиси, — вдруг признался он. — Чего удивляешься, дорогой? Да, алгебра-геометрия, иксы-игреки — это все только звучит страшно. А если разобраться, там такая красота! — с этими словами он развел руки в стороны, показывая размеры красоты, и я с тревогой посмотрел на дорогу. Заметив это, он рассмеялся и вернул руки на руль: — Не переживай, у меня водительский стаж двадцать лет! Я такие колымаги в свое время водил — на их фоне эти «Жигули» получше «Мерседеса» будут! И — ни одной аварии, понял!