Вариант расхохотался:

— Не, Боец, ты в натуре отбитый на всю башку! Ты там на ночь глядя вмазал, что ли? Или обдолбался, может? С какой стати я с тобой ещё объединяться должен?

— А с такой, что ты свой зал не продал, — ответил я. —. А у нас публики будет битком. К тому же зал просторный — ещё и для тех, кто успел купить билеты у тебя, места поставим.

— Это ты мне чё, типа с барского плеча кидаешь? — Вариант снова разозлился. Сколько же раз мне приходилось работать бесплатным психологом для всяких маловменяемых! А сколько ещё придется…

— Нет. Я тебе делаю деловое предложение, которое будет выгодно и мне, и тебе, — стараясь оставаться спокойным, отвечал я. — Подговорим нашего «американца» — он как бы вызовет ваших на бой, вот и будет версия для публики, почему мы объединились. У нас обоих будет медийность, раскрутка, ещё и заработаем. А бабки — пополам, — добавил я, покосившись на Степаныча. Тот кивнул и сделал одобрительный жест рукой.

— Пополам, говоришь, — уже не так зло протянул Вариант. — С этого бы и начинал.

«Как же легко таких, как ты, раскрутить на любую ерунду! Эх, ребята, не доведет вас до добра такая падкость на деньги» — подумалось мне. Но успокаиваться было рано. Мозги Варианта, как и подобных ему туповатых братков, работали с запозданием. Как только собеседник думал, что вопрос уже решен, в его бандитскую голову приходил очередной идиотский вопрос.

— А братве я что скажу, по-твоему? — снова начал заводиться Вариант. — Пацаны в непонятках будут, базар лишний разведут. И надо мной тоже люди серьезные есть, вопросы могут возникнуть. С какого перепуга я вдруг к тебе прибежал? Это получится типа Вариант по первому зову ложится под конкурентов? Не, я на такую шнягу не подпишусь!

О, лёгкая и приятная работа переговорщика!

— Вариант, не кипятись, — как можно более миролюбиво сказал я. — У тебя главная задача какая? Провести турнир, так? Но отменять его тебя никто и не просит. Твой турнир состоится, просто в другом помещении и с большим количеством участников. Это ведь допускается?

— Ну… типа да, — неуверенно ответил Вариант. — Состав и место мне не оговаривали.

— Ну вот. Значит, своих серьезных людей ты не подведешь. С этой стороны претензий тебе предъявить будет не за что. А что касается братвы… А с каких это пор ты во время принятия решений оглядываешься, кому там и что покажется? Мне говорили, ты человек конкретный, авторитетный, — надавил я на любимую вариантову мозоль.

Конечно, для знающего человека это звучало глуповато. Нормальный начальник — пусть даже криминальный — всегда учитывает мнения в коллективе. Не идёт на поводу, а именно учитывает. Иначе недолго ему быть начальником. Но что касается Варианта — он был слишком недалёк для таких умозаключений. Насколько я был о нем наслышан, ему очень нравилось, когда его представляли эдаким единоличным повелителем, который может себе позволить не считаться ни с чем и ни с кем. Особенно эти комплексы у него обострялись, когда приходилось исполнять решения тех, кто стоял в бандитской иерархии выше, чем он. И стоило чуть-чуть подбавить признания его исключительности, как он, довольный, сразу снимал все свои претензии. «Как дитё малое, ей-богу», — вдруг подумалось мне. «Если только не вспоминать, чем это „дитё“ занимается».