Даже удивительно, что мне с Туком так повезло. Такое количество Робинов, а Тук всего один*.

(*Монах Тук — соратник Робин Гуда).

Между тем, Ильматаарр вновь бросилась в атаку, и мне стало не до размышлений о словесности.

Мы обменялись несколькими ударами.

Когда Сокрушающий удар снес с девушки немногим больше сорока жизней, мое скорое поражение стало очевидно. Это мой самый мощный и единственный атакующий навык. Простые удары гораздо слабее.

А у эта Ильматаарр, даже простыми ударами меньше сорока не бьет. Не проворонь я первую атаку, и будь у меня лечебное зелье… впрочем, буду реалистом — это бы не спасло.

Но все же чем я ее разозлил? Отсутствием голоса и музыкального слуха?

Уходя от моего размашистого удара, Ильматаарр ловко отскочила назад, прилично разорвав дистанцию между нами.

Опустив молот, я поманил ее к себе. Пусть отправка на точку возрождения была неминуема, но меня охватила бодрая боевая злость и задор.

— Детка, если тебе так сильно хочется мужика, то к чему все эти ролевые игры? Достаточно было просто намекнуть. Или ты любишь, когда пожестче?

Губы крылатой воительницы расползлись в холодной улыбке.

— В следующей жизни, убийца.

Я осклабился. Вот зачем говорить не подумав. В игре эта избитая фраза звучит несколько двусмысленно.

— Отлично, жди меня здесь, скоро я прибегу с точки возрожд…

Нет, но как же она быстра. Хорошо, что теперь я хотя бы знаю причину нападения — мое красное имя. Штраф за убийство той троицы еще не спал, вот девушка и возбудилась. Видать сильно ее пэкашеры, они же убийцы игроков достали в свое время.

Последняя жизнь и вот я уже валяюсь на земле, а валькирия готовится поставить точку в нашем поединке. Сделать она это решила красиво, видно тоже любит выкладывать записи своих побед на форумах. Широко расставив ноги, она гордо встала над моим телом и уже хотела с силой вогнать мне в живот копье, когда заметила направление моего заинтересованного взгляда.

А я что? Я ничего? Кто ее просил натягивать на себя нечто похожее на кольчужное платье, едва прикрывающие бедра. Нет, я понимаю, что это просто длинная кольчуга. Но к ней не помешали бы штаны. Длинные ботфорты со шнуровкой, что на девушке, таковыми считать нельзя.

С женщинами всегда так. Окраску боевую наносят, одеваются так, что у мужчин начинает работать не голова, а головка. Тут мы, увы, почти не властны, просто иногда очень хорошо притворяемся. Поддашься на такую провокацию, так тебя тут же посчитают кобелем, жеребцом, бабником и извращенцем, а не поддашься — импотентом. Вот такие загадочные и непостижимые существа эти женщины.