Улыбнувшись открывшимся перспективам, я подошёл к отступнику и положил тому руку на плечо. Он вздрогнул, но не попытался вывернуться.
— Я согласен. Подумаю, какой процент тебе предложить.
— Спасибо, — тихо выговорил он. Я видел, что он хочет сказать ещё что-то.
— Что-нибудь ещё? — спросил я.
Полуоборотом он освободил своё плечо от моей руки и, отойдя в сторону, уставился сквозь меня. Мне было знакомо это состояние — парень погрузился в интерфейсы.
Он сосредоточенно молчал, но я видел, как едва заметно дёргаются его губы, словно проговаривая слова. Внезапно в правом верхнем углу замигал конверт. Я открыл его. «Отправитель Игрок Дез-кун».
Тьфу! Что, совсем лимит общения на день перевыполнил? Вот ведь… Проще написать, чем по-человечески сказать⁈ Эх…
А скорость набора у него неплохая! Вон сколько за несколько секунд настрочил:
Есть ещё два вопроса.
Первый — я буду искать новые рецепты. Но, уверен, они потребуют высокого навыка в профессии. Думаю, мне стоит их прокачать. Этим я и займусь, но… Для быстрой прокачки нужны деньги… у меня нет…
Второй — пока не могу понять, что можно будет сделать из коры. Думаю, что-то связанное с бронёй. Возможно, нашивки. Мне кажется, её смогут использовать кожевники… Если так, у меня есть один на примете… Может быть, хочешь посмотреть его?
Прочитав письмо, я лишь усмехнулся и открыл окно обмена. На самом деле парень заслужил. Пусть и себе в радость, но он сидит на моём участке и охраняет диги. А проспонсировать обучение перспективного кадра — инвестиция в будущее.
Передав Дез-куну сто золотых, я проговорил вслух:
— На самом деле я сам кожевник. Но как-то некогда мне профы качать. Можешь привести своего знакомого.
Глава 20
Дез-кун исчез в межпространственном вихре телепорта. Проводив его взглядом, я вздохнул и огляделся по сторонам. Алое солнце клонилось к закату. На землю мало-помалу опускалась вечерняя прохлада. Радуясь ей, диги носились по моему маленькому участку, как угорелые. Вот ведь неугомонные, а⁈ Причём резвятся не только мелкие, но и взрослые тоже! Одни лишь старики спокойно сидят в сторонке. И те нет-нет да и начинают кататься спинами по траве, словно собаки.
Но, к моему удивлению, обезьянки успевали и работать, если это можно так назвать. Несколько раз я замечал, как тот или иной диги, подходя к молоденьким деревцам, начинал гладить их тонкие стебли и рыхлить пальцами землю у корней.
Стражники всё так же обсуждали возможные схемы обороны участка. Стоявший рядом с ними Спартак, почувствовав мой взгляд, обернулся.
— Я тоже пойду, — крикнул я ему.