— А ты что с ним не поделил? — с любопытством спросил Матвей, но тут же замахал руками. — Нет, если что-то личное, то я не настаиваю…

— Он хотел развалить мою команду, — не стал таиться я. — Пытался меня подкупить, чтобы мы провалили аттестацию. Как я понял, Роберту нужен кто-то из моих девчонок, а поскольку человек он говно, я буду защищать их всеми правдами и неправдами. Но это всё лирика. Пошли, а то на занятия опоздаем. Вон, пока мы трепались, все наши уже в классе сидят.

Действительно, почти все курсанты уже были в помещении, хотя до начала занятий оставалась ещё пара минут, но старлея ещё не было. Как раз мне хватило времени, чтобы осмотреться и заметить то, на что раньше я не обращал внимания. А именно, как расположились группы. Казалось, что в небольшом классе нельзя было отгородиться от других, но тем не менее, приглядевшись, я заметил чёткое деление на коалиции или сообщества.

Центром одного, несомненно, был Гончаров. Хоть он и держался довольно тихо, да и со мной не пересекался, но было заметно, что вокруг него сгрудились друзья или товарищи. Хотя скорее их следовало назвать подчинёнными, учитывая характер самого Ричарда, пусть даже они думали иначе. В их состав вошли группы как Раевского, так и Голенищева, хотя последний сидел с краю, видимо, пытаясь подчеркнуть свою независимость. Получалось не очень.

Две другие группы в коалиции Гончарова я не знал, но получалось, что из девяти прилетевших на сборы команд пять тем или иным образом были связаны с ним. Ещё две прибыли из области и в тёрках не участвовали. Они стали буфером, отделившим группировку Роберта от нас и примкнувшего Стаса с бойцами. Те, кстати, вполне разделяли мнение командира и не рвались общаться с подхалимами «мальчика-который-выжил».

Ситуация сложилась крайне интересная. Я не ожидал, что у него окажется столько сторонников, хотя сейчас было сложно сказать, насколько плотная связь между этими группами. Тот же Голенищев явно пытается дружить с Гончаровым против меня. И это не зазнайство, а объективный анализ. Одному нужна Катерина, второму в принципе мешает наша команда. Почему — уже дело десятое, но попытки сорвать аттестацию я ему не прощу. Даже если придётся воевать.

И пусть количество было не на нашей стороне, оно, в принципе, ничего не решало. Всё же у нас не гуляй поле, есть законы, правила, а ещё за каждым из ребят стоит владетельный Дом. Какой-то побольше, какой-то поменьше, но тем не менее. Значит, открытые боевые действия исключены, максимум стычки, а вот тут количество нивелируется качеством. И нет, я не считал себя самой большой лягушкой на болоте, однако и головастиком тоже не был.