— И чего, вы теперь навсегда под этими уродами будете? — Я сплюнул на землю. — Это же чистой воды кидалово!

— Но доказательств нет, — пожал плечами Кузнецов. — Дом Поттер, которые заказывали работу, делает круглые глаза, мол, ничего не знаем. В Индии тоже глухо. Мы, конечно, пытаемся, ищем улики, но пока безрезультатно, несмотря на помощь контрразведки.

— Ладно, не парься, — я хлопнул здоровяка по плечу. — Думаю, рано или поздно всё образуется. Такие операции всегда оставляют следы, особенно если были задействованы международные силы. А уж если это война разведок, то тем более. Главное понять, зачем им это было нужно. Уверен, что остальные Дома отнеслись к произошедшему негативно.

— Мягко сказано, — усмехнулся Матвей. — Конечно, доказательств против них нет, и формально они ничего не нарушили, однако все прекрасно понимают, что именно произошло. Дома, которые дорожат своей репутацией, перестали вести с Раевскими какие-либо дела. Но знаешь что, я могу наблюдать ситуацию как изнутри, так и со стороны, и скажу, что они не сильно расстроились. У них точно есть какой-то план, но меня в него не посвящают. Знаю только, что последнее время отец с дедом постоянно заняты, работают над заказами Раевских. Но те только посредники, а оружие и артефакты идут кому-то ещё.

— Поттерам? — я припомнил название английского Дома. — Думаешь, их интрига? Но какой интерес у англичан в Сибири. Как они вообще здесь очутились?

— А ты знаешь, как переводится эта фамилия? — хитро прищурился Кузнецов. — Ну, подумай?

— Чайник вроде… — я почесал в затылке. — А, нет! Гончар! Точно, гончар! Погоди… мля-я… ты хочешь сказать…

— Ага, Ричард Гончаров, закадычный дружок Глеба, глава сибирской ветви Дома Гончаровых, которые в свою очередь дочерняя ветвь Дома Поттеров, — кивнул Матвей. — И наш мальчик-который-выжил, можно сказать, их законный представитель.

— Сука, Санта-Барбара какая-то, — у меня даже голова заболела от обилия информации. — А почему он тот, который выжил? Ну, что мальчик, я не сомневаюсь, если девочка, то первым киньте в меня камень.

— У него родители погибли от рук то ли ренегата, а то и эмиссара, — просветил меня здоровяк. — Батю сразу вроде прихлопнули, а мать навесила на младенца щит-зеркало, от которого этот самый эмиссар и подох в итоге. Оставив на память о себе Гончарову шрам на лбу и инициацию. Так что Роберт официально самый молодой пробудившийся одарённый.

— Если честно, вообще насрать, — мне действительно было плевать, какие там достижения у этого урода, хотя насчёт родителей я чисто по-человечески сочувствовал. — Теперь это и моё дело тоже. Если интригу затеял Гончаров, значит, надо её обломать.