— Не, — я вытащил из-под кровати сумку и открыл, показывая содержимое. — Он же модульный. Я у командира части спросил, можно с собой оружие носить. Тот вроде и разрешил, но только уставное. Мол, а то устроите тут сход ролевиков. Вот я и хочу боёк молота поменять на лопату. Лезвие у меня с собой и чехлы есть. Сейчас перекручу, повешу на ремень и вроде как сапёрная лопатка будет. А по факту почти топор. Ей завалить кого — нефиг делать. Так что будет и практично, и по уставу.

— Неплохо придумано, — задумчиво почесал в затылке Матвей. — Я, правда, по-другому бы сделал. Нет, так-то всё правильно. Крепление надёжное, да и менять боёк часто не требуется, но всё же я бы поставил…

— Слушай, я в этом не разбираюсь, — вовремя тормознул я ушедшего в мысли соседа. — Так-то да, уже чувствую, что для меня М-48 легковат. Надо что-то посолиднее, но то, что у нас в оружейке есть, не подходит. Так что переделывать что-то смысла не вижу, а новый пока взять негде.

— Раньше я бы тебе сам сделал или деда попросил, — опустил голову здоровяк. — Он лучший мастер в Сибири, точно говорю. А сейчас… вряд ли Раевские разрешат. Вон Глеб и так волком смотрит из-за того, что с вами общаюсь. Дома опять будут докапываться.

— Слушай, но не может быть, чтобы выхода не нашлось. — Меня бесила такая ситуация. — Даже если дядя что-то подписал, можно заявить, что это нелегитимно. Или там в суд подать. Все же понимают, что произошло.

— Не выйдет, — грустно покачал головой Матвей. — Получится, что мы как Дом не держим своего слова. Кто потом с нами работать будет? Ну, так отец с дедом считают. А переубедить их невозможно, я много раз пытался. Они упёрлись, мол, отработаем и уйдём с честью, а нарушать своё слово, пусть даже его дал предатель, невместно для мастера. Так что я попробую поговорить насчёт молота для тебя, но вряд ли получится.

— Может быть, я смогу помочь в этом вопросе? — раздался знакомый голос, и, обернувшись, я увидел стоящего возле нашей койки Гончарова. — Я хорошо знаком с главой Дома Раевских и могу поспособствовать с заказом. В небольшой просьбе они не откажут.

— В лесу сдохло что-то большое? — я от удивления чуть воздухом не подавился. — Или тувинское солнышко голову напекло? Ричард, мы вроде с тобой в контрах.

— И это очень прискорбно, — грустно вздохнул Гончаров. — Виктор, мы можем поговорить наедине? Не то чтобы я что-то скрывал, но признавать свои ошибки проще без свидетелей.

Я внутренне усмехнулся, потому что происходящее напоминало плохой фарс, однако поднялся и направился к выходу. Мне даже стало интересно, что там такое придумал Гончаров. В то, что его совесть замучила, я ни секунды не верил. Скорее уж этот ушлёпок решил пойти другим путём. По-хорошему следовало бы дать ему в морду, не разговаривая, но тогда я выставил бы себя агрессивным идиотом, договариваться с которым бесполезно. Учитывая и так не самую лучшую репутацию, это могло стать концом моей карьеры богоборца. Кто захочет работать с неадекватом? И пусть я и сам пока не слишком рвался влиться в общество, но и жечь мосты не хотел, особенно с учётом того, что его даже ещё не перешёл.