Действительно, мы уже почти пришли. Буквально через пару минут пред нами оказались врата в Ирий, и надо сказать, меня они не впечатлили. Я ожидал чего-то грандиозного, чего-то такого, чтобы дух захватывало. А оказалось, что это обычные дощатые ворота. Ну, побольше, украшенные резьбой и глазурью, но всё равно такие же, как у нас в деревне ставят. Естественно, озвучивать я это не стал, а то мало ли. Боги народ ревнивый, чуть что не по их, сразу или молнией долбанут, или ещё чем приложат. Так что лучше держать своё мнение при себе, целее будешь.

А вот сам Ирий меня поразил. В легендах о нём говорится как о чудесном саде, полном цветов, деревьев и птиц. И это оказалось правдой. Первое, что ты ощущал, войдя во врата, — это запах сотен тысяч и миллионов цветов. Но, в отличие от земных, где от такого количества даже обычный человек словил бы аллергию, здесь он освежал, придавал сил. Казалось, его можно хлебать ложкой, до того аромат был вкусным.

Второе, на что я обратил внимание, — это птицы. Не только тропические, с радужным ярким оперением, а вообще всякие. Многих я даже не знал. Они стаями носились над головой, сидели на ветках, прыгали по земле. А ещё пели. И, несмотря на их количество, это не превращалось в безумную какофонию, нет. Казалось, что каждая птаха выводит свою партию в общей арии. И когда они сплетались вместе, можно было заслушаться и потерять себя. Теперь стало понятно, где Сирин научилась так петь.

— Нравится? — девушка сияющими глазами смотрела по сторонам и на меня. — Красиво же?

— Просто потрясающе, — я ничуть не кривил душой. — Это действительно чудесный сад. Многие хотели бы здесь остаться навсегда.

— Но не ты, — понимающе кивнула Сирин, однако не стала грустить, а, схватив меня за руку, побежала по тропинке. — Пойдём, дядька Перун ждёт!

Нас действительно ждали. Но не только бог, а целая толпа здоровенных мужиков, увешанных оружием, словно новогодние ёлки, в кольчугах и прочей броне, они зло скалились, глядя на меня. Даже Сирин оробела было, но затем смело шагнула вперёд, закрывая меня грудью, и остановилась перед бугаем двух с половиной метров роста, с лопатообразной бородой, пшеничного цвета кудрями, спадавшими на плечи, и густыми бровями, по которым то и дело пробегали электрические разряды. Вдобавок он опирался на двулезвенную секиру, причём не похожую на лабрис, а скорее напоминавшую бородовидный топор, к которому приделали ещё одну лопасть. Страшное оружие и весьма эффективное, даже если не знать о его божественных свойствах. Впрочем, я тоже был не пальцем делан и демонстративно вынул Смешер из магнитного захвата на спине, положив его на плечо, мол, не шали.