Я размахнулся и долбанул молотом по арене. Земля дрогнула и пошла волнами, люди на трибунах дико заорали, вскакивая с мест, теряя равновесие и падая, но я этого уже не видел, кинувшись к быку, тоже сбитому с ног моей уловкой. К чести Астериона хладнокровия он не потерял и встретил меня хитрым ударом по ногам, избегая которого, мне пришлось подпрыгнуть. Но это же сослужило мне пользу, я рухнул сверху вниз, нанося нисходящий удар, который Минотавру пришлось блокировать топором. Но сила столкновения оружия была такова, что его снова швырнуло на землю.

Бык покатился по арене, но сумел собраться и подняться на ноги, перекувырнувшись назад через голову. То ещё зрелище, надо сказать, не ожидал, что он так может. Но мне было не до удивления, теперь я наступал, нанося широкие и опасные удары Смешером. Молот гудел, вибрируя от счастья и упиваясь битвой. Минотавр блокировал удары, но было видно, что даётся ему это непросто. Секиру почти вырывало из его рук, разорвать дистанцию не получалось, как и подловить меня ударом ног. Более того, всё лучше действовал Щит, в котором Астерион вяз, тратя драгоценное время.

Я теснил противника, заставляя уйти в глухую оборону, но при этом не обольщался, сил у быка было ещё предостаточно. И, чтобы завалить его, нужно очень постараться, да и то не факт, что получится. Даже несмотря на то, что сейчас у меня было некоторое преимущество, достать Минотавра не получалось. Постоянно надо было быть начеку, тот огрызался жёсткими контратаками, которые могли закончиться для меня весьма плачевно, даже, может, фатально.

С другой стороны, я и не хотел убивать Астериона. Не знаю почему, но в нём я видел родственную душу. Пусть на руках у быка была кровь многих людей, но проливал её он не по своей воле. А после якобы победы Тесея о нём ничего не было слышно. Понятно, что архивы подчистили, но, если бы Критский бык был замешан в каком-нибудь громком деле, это бы всё равно просочилось. Но нет, и в мифах, и в официальных документах стояла тишина. Так что, можно сказать, у меня рука не поднималась его убить как обычного монстра. Слишком уж Астерион был… человечным.

Не знаю, как получилось, но в какой-то момент мы резко разорвали дистанцию, прекратив сражаться и уставившись друг на друга. Мне всё ещё было немного тяжело дышать, но в целом состояние нормализовалось. У Минотавра кровь тоже остановилась, однако я заметил, что последнее время он слегка прихрамывает. Но в общем мы были готовы продолжать… только вот стояли и не спешили атаковать.

— А ты хорош, как от тебя и ожидалось, — уж не знаю, понимал ли он меня, но я не смог промолчать. — Для меня честь биться с тобой.