Несмотря на жажду битвы, Рагне задал интересующий вопрос, который тут же нашелся ответом.
— Чтобы дать тебе надежду на победу… и увидеть отчаяние.
В отличие от юноши Тианис полнился злобой, золотой шлем в форме головы феникса искажал голос, в итоге наружу вырывалось нечто более угрожающее, чем просто яростные слова.
— Ну как, добился своего? Похоже, что я сейчас в отчаянии?
Легкая улыбка перерастала в оскал, без тени сомнений Рагне сделал шаг в сторону противника, чей артефакт, испускающий золотые лучи, наконец, лишился последних крупиц энергии.
— Он хочет столкнуться лоб в лоб⁈
Зрители негодовали, но юноша уже не видел ничего кроме золотого воина напротив, мощные вихри священного ветра вырвались из тела, и начали собираться над головой, образуя силуэт аиста. Энергия продолжала уплотняться с каждым новым шагом, достигая состояния твердого вещества.
«Он хочет полностью разрушить свой колодец⁈»
Даже Ленне, питающий лютую ненависть к чужаку, впал в ступор от столь отчаянного шага. Как создатель усовершенствованных артефактов связи охотника он четко понимал, что при таких нагрузках даже источник на стадии Вознесения(9) окажется под угрозой разрушения, не говоря уже о стадии Укрепления(7).
В какой-то момент образ аиста начал перетекать в другую форму, постепенно превращаясь в оружие. На глазах у тысяч священных зверей, символ родословной древнего клана стал одноручным топором, который упал в левую руку юноши. Тут же совершенно невредимая конечность начала покрываться кровавыми трещинами, плоть и кожа рвались на куски, а кости безостановочно крошились.
«Варда не могут брать в руки топор, не созданный колодцем Варогар, если нарушить завет предков, либо оружие, либо хозяин будут уничтожены, таковы ограничения моей родословной, однако… Сейчас она полна лишь на две трети а значит есть немного времени…»
Резкий рывок и вот Рагне напротив одоспешенного Тианиса, чей веер, не переставая посылал острейшие сверхзвуковые лезвия. Артефакт аистов обладал могучей силой, однако единственный взмах отсек руку лорда, поэтому его эффективность тут же упала до нуля. Атака оказалась настолько быстрой, что ни зрители, ни сама жертва не заметили ее, и еще до того, как отрубленная рука полностью отделилась от плеча, энергетический топор вонзился под ребра и вспорол брюхо Тианиса, словно то и не заковано в доспехи четвертого порядка. В ту же секунду юноша развеял энергию ветра, так как от его левой руки практически ничего не осталось.
Все произошло настолько быстро, что даже сильнейшие мастера в шоке смотрели на кровь, вытекающую из живота лорда. Рана оказалась не просто глубокой, она практически располовинила великого мастера стадии Вознесения(9), единственное, что удерживало тело от разделения — позвоночник и небольшой клочок уцелевшей на спине брони.