Да я и сам так, признаюсь, с подозреваемыми поступал, когда особо не чего было им предъявить. Ходишь бывало с умным лицом, делаешь вид, что тебе известно больше чем на самом деле. Бумажки на допросе просматриваешь, и на клиента, многозначительно так, кивая самому себе, смотришь. А потом дурацкий вопрос задаёшь, и опять же — с умным видом (это обязательно, хотя и трудно). А не хочешь ли ты злодей, свою душу чистосердечным признанием облегчить? Нам то и так всё известно, но жалко тебя дурака. Облегчи душу, скоси себе срок. И ведь ведутся. А каждый юрист и адвокат точно знает — чистосердечное признание освобождает от презумпции невиновности, облегчает вину, но увеличивает срок. Всегда иди в несознанку или молчи, это тебе срока точно не добавит, нет такого отягчающего обстоятельства как — со следствием не сотрудничал.
Привычная работа, красота зимней тайги вокруг. Тишина и покой. Это мой последний выход на путик за сезон. План выполнен досрочно, как я и предполагал. Сейчас беру последнюю добычу, консервирую стационарные самоловы и снимаю капканы. Середина февраля, а уже можно возвращаться домой, добывать больше чем указанно в план-наряде это уже браконьерство, у меня и так излишки будут. Ну да ничего, пойдёт в фонд Палыча. Пополним кассу взаимопомощи так скачать, всё равно кто-то да план не наберет, выручим коллег. Меня и Семёна тоже так выручали.
За сезон я находился на лыжах столько, что хоть сейчас за сборной СССР по биатлону выступать могу. Мне теперь даже как-то и не уютно без лыж. Выйду на улицу в нужник сходить, а и то чего-то не хватает. У меня такое чувство раньше было, когда я в прошлой жизни мобилу свою дома забывал. Если подумать, то каждый день, я не меньше тридцатки наматываю, пока от зимовья к зимовью иду. И ведь главное, не падаю как раньше от усталости. Ну почти, после метели, по рыхлому снегу, когда тропу пробивал, думал сдохну. Втянулся. Ну а чего нам с Батоном? Мы пяхота, пятьдесят километров прошёл, и ещё охота.
За тот месяц, что я провел на охоте, меня так никто и не побеспокоил. Незваные гости больше не появлялись, серьезных происшествий не было, так мелочь одна. То февральская метель, заперла меня в заимке на несколько дней, то рысь по участку шастала, и приманку таскала, мелочь в общем. Самое тяжкое, это конечно во время метели дома сидеть, уже через день от скуки на стену лезть начинаешь. Делать абсолютно нечего, книг нет, про интернет я вообще молчу, до него ещё как до луны. Всё что можно, в избушке переделал, от скуки даже резьбой по дереву пытался заниматься. А ещё, от скуки и безделья в голову всякие мысли лезть начинают, нехорошие в основном. Зато потом работы было много, едва ноги в избу притаскивал. Это же всё почистить надо, перезарядить, тропу опять же набить по глубокому снегу. Я помню, когда мы с Батоном вышли на волю после этой непогоды, так Батона, когда он по поляне до бани добрался, только хвост, торчащий из-под снега и выдавал. Ему особенно тяжело пришлось. Он кстати, за время нашего вынужденного заточения, несколько трюков освоил. Я конечно дрессировщик так себе, но команду «Умри!» и «Тапки!» он выучил, а куда ему деваться? У подводной лодки запасного выхода нет. Надеюсь с первой командой всё понятно, а по второй он мне теперь тапочки приносит.