Проснулся прекрасно отдохнувшим и, не открывая глаз, потянулся со словами:

— Лепота-а-а.

— А че это значит? — услышал я знакомый голос.

Пришлось открыть глаза и повернуть голову, чтобы убедиться, что мне это не послышалось. В самом деле, это оказалась моя новая знакомая. Она сидела под соседним деревом и жевала какой-то фрукт, похожий на яблоко. У меня забурчал желудок, требуя своего. Девочка или девушка, хрен поймешь в каком она возрасте, усмехнулась, услышав этот звук, взяла из травы еще одно и со словами «держи» бросила его мне. И как-то само собой так получилось, что я легко поймал его рукой, не отрывая глаз от нее. «Блин, но как она меня нашла?», — билась у меня в голове одна и та же мысль. — «Это что же получается, в этом мире меня может найти любой, если захочет? А может быть, это галлюцинация? Или иллюзия?».

Я поднялся и, подойдя к ней, начал ощупывать лицо — теплое и приятное на ощупь. Просунул руку под волосы — ухо немного остроконечное. Блин, ну, на фига она мне нужна? И тут появилась шальная мысль, как отвадить ее от меня. Продолжая ощупывать, моя рука опустилась ниже, еще ниже и, дойдя до груди, начала ее сжимать. А она оказывается, не такая и маленькая, как я думал — вероятно, одежда, которая висела на ней, сглаживала эту неровность. Я ожидал, что она сейчас вскочит и убежит, или пусть даже ударит меня и убежит. Но эта, как же ее назвать? Она наоборот выпячила грудь вперед и спросила:

— Ну, как, нравится? — и, опустив взгляд, продолжила: — Вижу, что да.

Да, возбудился я очень сильно, и девчонка это заметила. Быстро одернув руку, отошел на свое место, сел и принялся грызть фрукт, оказавшийся, на самом деле, яблоком. Она же потянулась и медленно произнесла:

— Это-о оче-ень хо-оро-ошо-о.

Я понял, что она имела в виду, поэтому покраснел. Она увидела это и рассмеялась.

— Мое имя Тая, — вдруг сказала она уже нормальным голосом. — И по меркам моего родного мира, откуда попала сюда моя мама, я уже взрослая. Мне восемнадцать лет уже.

— Чего?

Я даже сел и посмотрел на нее. Пигалица — она и есть пигалица.

— Что испугался? — ехидно спросила она и тут же добавила нормальным голосом: — Мы живем минимум триста лет и в двадцать выглядим, как ваши, — она снова ехидно улыбнулась, — четырнадцатилетние или годом старше. Моя мама попала в двадцать лет сюда, — уже грустно добавила она. — И первый же проезжающий мимо эльф ее изнасиловал. А три года назад мама исчезла, даже не знаю, где она теперь. Совсем ее не чувствую.

Она стала совсем грустной, поэтому пересел к ней и, обняв, прижал к себе. Так мы и просидели минут десять, за которые не проронили ни слова, только съели все яблоки, которых у девчонки оказалось целых шесть. Я сообразил, что так и не назвал своего имени.