— Ты город знаешь? — кивок. — Дорогу на Антальен знаешь? — снова кивок. — Покажешь?
Она согласилась. И мы двинулись из этого негостеприимного города.
Глава 11
Междумирье, город Дальвиэн.
Некоторое время мы шли молча. О чем думала девчонка, я не знал, сам же задумался о том, как быстро потерял концентрацию этой своей способности. Хуже, если это такая особенность, что после того, как кто-то меня коснется, та исчезает. Хотя о чем это я? Я же с беловолоской прятался вполне успешно. Получается, что при внезапности я теряю концентрацию, причем моментально и всю. Милайна говорила, что, когда мы лежали… Тут у меня мысли переключились совсем на другое и скосил глаза на девочку, которую до сих пор держал за руку. Ага, грудь выделяется, значит, лет тринадцать, наверное, есть. Или у них вторичные половые признаки появляются годом позже? То, что ей не двенадцать, я уверен — у наших соседей дочери столько, поэтому знаю. Девчонка почувствовала мой взгляд и посмотрела на меня.
— Ты че?
И дернула руками. Одну она поднесла к голове, а вторую я не выпустил, поэтому она уставилась на нее. Затем выдернула и поправила свои короткие, всего сантиметров двадцать-двадцать пять, волосы.
— Ты видишь в темноте? — удивленно спросил ее.
Хотя я и сам хорошо видел сейчас, но у меня эта способность появилась здесь в результате не пойми чего, но для людей это несвойственно. И моя новая знакомая принадлежала именно к людям. А в данный момент я видел, что она не просто повернула голову в мою сторону, прекрасно наблюдает за мной.
— Вижу, — буркнула она. — Хоть что-то хорошее досталось мне от отца-козла, — добавила она чуть громче.
— А кто твой отец? — спросил я и прикусил язык.
Мог бы и раньше сообразить, что она не в восторге от него.
— Да эльф какой-то изнасиловал мою маму. Она у меня знаешь, какая красивая была? Когда вырасту, то такой же буду, — заявила она, затем недовольно добавила: — Только уши надо немного обрезать.
И даже приподняла волосы, чтобы показать, что именно надо укоротить. И, в самом деле, ушки у нее были острые, совсем немного уступая эльфийским. А вот глаза обыкновенные человеческие, разве что только такого насыщенно-изумрудного цвета у нас не бывает. Мы как раз вышли на широкую и хорошо освещенную дорогу, поэтому я прекрасно различил цвет ее глаз. Я достал из сумки остатки сухарей, поделился со своей спутницей, и мы захрустели.
— Только нас сейчас не выпустят из города, — продолжила разговор она.
— Почему? — спросил я, затем сообразил, что она сказала. — Нас? Ты собираешься тоже покинуть этот город?