Мне не оставалось ничего другого, как упасть на землю рядом с девушкой и провести над собой артефактом. Он аж задрожал у меня в руках от такого количества энергии. Я снова попытался создать купол, в мельчайших подробностях представляя его. И снова безуспешно. Противники, вероятно убедившись, что магией меня не одолеть, слезли со своих пауков и бросились на меня с холодным оружием. Я успел порадоваться, что членистоногие не воины, и удивиться, что меня не атакуют магострелами или бластерами, или плазмерами, которые я у них видел. Вероятно, они были уверены в том, что и те выстрелы поглотит мое оружие. Правда, забыли, что скорость полета плазмы из оружия значительно выше, чем огненный шар, сотворенный магией, не говоря уже о бластере. Я так понимаю, что все эти люди из магического мира, поэтому и рассуждают так.

Я, вскочив на ноги, стал над Милайной. Эх, как жаль, что я у Литтанны не взял хотя бы несколько десятков уроков по фехтованию, и очень хорошо, что девушка настояла в свое время, чтобы я выучил, хотя бы четыре основных движения. И тут понеслась. Удар — отвод, удар — поворот корпуса и копье проходит рядом. Если бы не ловкость, полученная от Багиры вместе с ее кровью, я бы уже был давно мертв. В данный момент я не столько отбивал или отводил удары, сколько уклонялся от них благодаря возросшим скорости, гибкости, реакции.

Снова копье рядом. Только в этот раз я схватил его и со всей силы дернул на себя. Мужчина, не ожидавший ничего подобного, сделал несколько шагов ко мне, и я ударил его в грудь, чувствуя, что энергетическое копье подчиняется мне. И в этот момент почувствовал удар в бедро. Отмахнувшись от оружия, ранившего меня, я представил, что из артефакта снова появляется копье. И враг лишился руки, а я отметил, что расстояние, на которое оно выдвигается из артефакта, всего сантиметров пятьдесят, шестьдесят — максимум, так как ни грудь его, ни ноги не задело. Порадовало то, что это не просто копье, а луч, который не только колет, но и режет боковой кромкой, если так можно сказать о нем. В темнице, когда освобождал Милайну, я действовал кончиком артефакта.

Все дальнейшее слилось в одно затяжное действие, состоящее из сотен, если не тысяч, мгновений. Я каким-то образом умудрялся уворачиваться от смертельных ран, хотя небольшие раны то и дело появлялись у меня на теле. Умудрился убить еще двоих, но на этом мои успехи в нападении закончились. А вот девушку они не атаковали — я так понимаю, что она им необходима живой. У меня уже все плыло перед глазами, и действовал я на одних инстинктах, доставшихся мне от Багиры. Внезапно я почувствовал, что враги исчезли, и даже интуиция подсказала, что опасность миновала. И в этот момент из меня словно вынули некий стержень, навалилась огромная тяжесть, ноги подкосились, сознание ушло куда-то вдаль, а я рухнул в объятия тьмы.