— Два трупа, — констатировал Ворон. — И куча бесполезной макулатуры.

— Почему два? — нахмурила брови Полина. — Я своего обычной пулей сняла.

— Даже не знаю, похвалить тебя за инициативу или чего-нибудь вставить, — усмехнулся я.

— Согласна на обе процедуры. И даже плевать, в каком порядке, — в тон мне ощерилась подруга.

— Ладно, тащите его в дом. Подождём, когда очнётся. — Я кивнул на покойника у калитки.

Девушка отреагировала мгновенно. Подхватив временный труп за ноги, она волоком потянула его к дому. Я же поднял второго, с простреленными лёгкими, и вышвырнул его за калитку, после чего закрыл её на щеколду. Когда взойдёт солнце, от тела останется лишь иссушенная мумия, которую без труда можно растоптать в прах. Так что вони разложения я не боялся. Как не пугал меня и тот факт, что наше логово могут вычислить. Мы в принципе не скрывались. А в случае серьёзного замеса у нас уже готов путь отхода.

Минут через пять мы уже сидели на первом этаже, в гостиной. В ногах валялся сектант. Из его пробитого виска на ковёр тянулась тоненькая струйка крови, запах которой вызывал приступ жажды.

— У нас синька где? — спросил приятеля я. — Ты же про неё не забыл, правильно?

— Я, по-твоему, кто? — хмыкнул Ворон и подтолкнул к моим ногам свой рюкзак.

Развязав горловину, я вытянул пластиковую полторашку. Свернул крышку и тут же присосался к горлышку. Противная густая жижа провалилась в желудок, и жажда немного отступила. Хотя запах крови всё ещё будоражил аппетит.

— Дай мне тоже глотнуть, — протянула руку Полина, и я вложил в неё бутылку.

— Его бы связать, — кивнул я на тело выродка.

— Сейчас займусь, — засуетился Ворон.

— Не надо, — покачал головой я. — Сам сделаю. Ты лучше за подходами к дому следи и дроны верни. Я хочу знать, из какой норы вылезли эти двое.

— Как только вернутся — крикну, — добавил он и направился к лестнице на второй этаж.

Оттуда, с балкона, открывался прекрасный вид на прилегающую дорогу. А мы с Полиной остались следить за возвращением выродка из царства кровавого бога. Или куда мы там попадаем в момент временной смерти? Кстати, а ведь мне так ни разу и не удалось испытать это на себе.

— Каково это? — спросил я, кивая на тело изменённого.

— Что именно? — уточнила Полина.

— Умирать и возвращаться.

— Не знаю, — пожала плечами она. — Похоже на сон без сновидений.

— Хочешь сказать, там ничего нет?

— Может, и есть. Просто я этого не помню. Я очнулась в фургоне и жутко хотела пить. Голова трещала, будто с похмелья, но что было там — не знаю. Могу тебя завалить, если хочешь.

— Спасибо, — ухмыльнулся я, — как-нибудь в другой раз.