— Как думаешь, что у него случилось? — Она будто не расслышала объяснений.
— Бабка облучилась, — хмыкнул я, и полез в котелок.
Гречка как раз дошла до того запаха, когда становилась готовой.
Сняв блюдо с огня, я зачерпнул немного разваренной крупы из середины и попробовал на соль. Всё-таки шпик был солёным, да и мясо, а потому этот шаг я оставил на самый последний момент. И не прогадал. Добавь я хоть щепотку, весь мой труд можно было бы смело вываливать рыбам на корм. А так получилось божественно.
Я перемешал содержимое, распространяя по округе просто волшебный аромат, и снова накрыл котелок крышкой. Пусть теперь немного потомится, окончательно впитает в себя все соки. Как раз Ворон подъедет к самому вкусному.
Минут через пять, поднимая пыль столбом, подкатил наш пикап. Резко затормозив, Ворон выскочил из салона (даже двигатель не заглушил) и нервной походкой устремился к нашему скромному столу.
— Капец! — выкрикнул он издалека. — Началось!
— Так, прекращай кудахтать и давай-ка всё по порядку, — осадил его я. — Что началось?
— Война, — выдохнул он, усаживаясь на бревно.
— С кем? — задала резонный вопрос Полина.
— С Европой.
Вот теперь Ворон полностью завладел нашим вниманием. Я даже про еду забыл.
— Так, стоп! С кем конкретно из Европы? Кто перешёл границу? Где? Сколько техники? Что вообще говорят? — Я высыпал на его голову сразу кучу вопросов.
— Наши. Вошли на территорию Польши и двигаются в сторону Германии! — выпалил Ворон. — Сколько техники — не знаю, но, похоже, там назревает серьёзный замес.
— Ты со Стэпом связался? С Макаром говорил?
— Да. Это он мне сказал. На Сугроба можно не рассчитывать, он там.
— Ничего не понимаю. — Я почесал макушку. — За каким хреном наши туда полезли? А кто их ведёт?
— Вроде как Морзе-старший, — ответил приятель. — Точно ещё никто ничего не знает.
— Не знает, — зачем-то повторил последнюю фразу я, а мозг уже просчитывал полученную информацию и примерял её к имеющимся фактам.
Если Макс знал… Хотя какой там «если». Он точно знал, что планируется, и на этом фоне вся наша возня с Габриелой выглядит уже иначе. Осталось понять, какова наша настоящая роль во всём этом дерьме и какое к этому отношение имеют религиозные отщепенцы?
Глава 13 Приманка
— Ты чего молчишь всю дорогу? — покосилась на меня Полина. — Расстроился, что рыба в твой экран не попалась?
— Да срать мне на рыбу, — отмахнулся я. — Не сходится у меня.
— Что не сходится? — не поняла она, ведь я больше ответил собственным мыслям, чем ей.
— Да война эта, — пояснил я. — Зачем наши туда попёрлись? Это нелогично.