— И чё делать? — спросил я.

— Чё делать.

Налим хмыкнул. Купился, думая, что я в шоке, и сейчас переманит к себе, обещая защиту и всякие блага. Но для этого потребует избавиться от Гарика. Вернее, так требовать он не будет. Он так выставит, чтобы у нас не осталось выбора, чтобы в случае проблем спереть всё на нас.

Если удастся всё запланированное, он станет паханом и заполучит к себе нас. Если нет — избавится от Гарика нашими руками, чтобы крайними остались мы.

Пытается найти выгоду для себя.

— Вот смотри расклад какой, — Налим повернулся ко мне. — Вот Газон — пацан правильный, и он наш, — он хлопнул Санька по плечу. — Чуть чё случится, за него вся бригада впрягаться будет. А вы в стороне держитесь, сами по себе. Но сам видишь, в вашу сторону наезд за наездом. Значит, чё надо делать?

— А? — Газон сыграл дурачка.

— Бэ! Надо идти под того, кто прикроет. Вот Газон соврать не даст. Если у него какие проблемы, он сразу скажет, что под Налимом ходит. А я за всех своих пацанов мазу тяну.

— Так-то оно так, — я почесал затылок. — Но погоди. Кислого хлопнули не мы.

— Да какая разница? — Налим махнул рукой.

Ну, явно прибил бы его сам, если бы не засуетились Гарик и компания. Ну, надо немного сбить с него спесь, и для этого у меня было средства.

— Да тут приходили к нам опера, — начал сочинять я, — Моржов и Семёнов из уголовного розыска, а потом явился Громов. Чекист который, ФСБшник.

— Так, — Налим снова обернулся. Во взгляде стала видна тревога. — А ты откуда его знаешь?

— Я же говорил вчера, — Газон снова посмотрел на меня в зеркало. Как договаривались. — Что пацанов прессовали типы в пиджаках, вызывали к себе.

— Ты про ФСБ не говорил, — авторитет оглядел нас по очереди.

— Там какие-то тёрки были, — неуверенным голосом сказал Саня. — Типа, комитетчика одного под следствие отправили, а он до этого к нам приходил. Я-то не в курсе особо, это Старый разруливал.

— Приходили, — продолжил я разыгрывать эту карту. — Из-за тех «духов», что в нас стрелять хотели в центре. Оказывается, какая-то операция у чекистов сорвалась.

— Ты не говорил, — вспылил Налим, глядя на Газона.

— Он и не знал, — вступился я. — Они меня дёргали, вот из-за того майора… Климова, что ли? А вот про Санька я им не говорил.

— Так, ну понял, — пахан задумался. — И чё, при чём тут чекисты? Что им надо было?

— Громов спрашивал, как и что у нас с Кислым случилось, и кто с ним был. Спрашивал, был ли там какой-то уголовник со стальными зубами, мол, его видели с ним раньше. И был ли он там с нами?

— Ну, — в глазах Налима появилось узнавание.