Пересказав всё, что узнал вчера, я сделал паузу, чтобы понять реакцию присутствующих.

— Очень интересная информация, — нахмурился Иван Васильевич.

— Георгий Сергеевич, насколько хорошо вы знакомы с Всеволодом Игоревичем? — обратился я к графу. — Мне кажется, что он знает гораздо больше, чем говорит и очень многое скрывает. Во время похищения Натальи, он упоминал о важности свадьбы и о неких людях, пытающихся ей помешать. Может быть ему известно кто это?

Никитин нахмурился и не сразу ответил:

— Видите ли, Даниил, Всеволод Игоревич, как вы правильно поняли, не совсем простой лекарь. Дело в том, что по роду его службы он принимал участие в таких операциях, о которым не знает половина высшего военного руководства. Он хранит множество секретов, но в том, что Мечников не является предателем и никогда не пойдёт против меня нет никаких сомнений. И если он что-то не договаривает, значит либо этого не знает, либо у него есть веские причины молчать.

— Тем более у нас есть предположение, кто стоит за нападением, — добавил Распутин. — Как ты уже сам когда-то говорил мне: надо искать тех, кому это выгодно.

— И кому же это выгодно? — спросил я.

— Карамзин, — холодно ответил Никитин.

— Кто? — внезапно для всех раздался девичий голос.

В приоткрытой двери стояла Алиса Распутина. Словно лиса, она бесшумно открыла дверь и подслушивала разговор, пользуясь тем, что все были увлечены моим рассказом.

— Алиса, немедленно выйди! — строго приказал её отец. — Возвращайся в свою комнату и чтобы я больше тебя сегодня не видел и не слышал!

Девушка, недовольно фыркнув, захлопнула за собой дверь.

— Прошу прощения, господа. Мать её совсем распустила, — обратился князь к гостям. — Жду, когда уже смогу найти ей выгодную партию. Правда с таким характером потребуется приданное побольше.

Сидящие рядом аристократы добродушно улыбнулись, наслышанные о постоянных выходках своенравной девушки. Причём от меня не ускользнул небольшой кивок Георгия Сергеевича, который явно как никто другой понимал что такое иметь ребёнка с дурным характером.

Выходя из поместья князя, я крутил в голове услышанное. Лев Карамзин, оружейный барон, как его называли окружающие, вёл свою давнюю игру против Георгия Сергеевича. И похищение Натальи, слив моих фотографий журналистам, участие Волка похоже были звеньями одной цепи. Чего-то настолько глобального, что может устроить настоящее землетрясение в высших кругах империи и я оказался в центре всего этого.

Плохо ли это? Для кого-то однозначно плохо, но вот для меня… Это возможность. Шанс подняться на ещё одну ступень. В моей голове сразу же промелькнула безумнейшая мысль, которую я тут же отбросил. Потому что мне нужно думать о том как развить свой только что приобретённый бизнес, а не планировать как использовать ситуацию вокруг заговора Карамзина, чтобы обрести право основать свой собственный род. Ведь это необходимо мне, чтобы добиться главной цели — подняться на вершину.