— Согласен, все магические артефакты строго подотчётны и никто из работников не смог бы скрыть пропажу такого количества оружия, — утвердительно покачал головой Васнецов. — Значит Карамзин действительно работает с бандитами и австрийцами.

Мы стояли вокруг нескольких кейсов, в которых лежали различные виды артефактных винтовок. Всего перед нами было пять кейсов, но суммарно сегодня обнаружили одиннадцать единиц вооружения.

— Мои люди проверили машину бандитов и там множество остаточных следов магии, что означает, что это далеко не первая партия, которую они перевезли за последние сутки, — сообщил Распутин. — Похоже мы всё-таки наткнулись на системный канал поставки.

Когда я смотрел на задумчивых аристократов, бурно обсуждающих дальнейшие действия, мне в голову закралась интересная мысль. Сейчас я был свидетелем исторического события — создания нового, могущественного клана. Трое влиятельных главы своих родов, представляющие разные сферы интересов объединили усилия в борьбе против врагов государства.

А почему это я вдруг свидетель? — раздался протест внутреннего голоса. Я такой же полноправный участник происходящих событий как любой из них. И именно я являюсь тем, кто обнаружил возможно самый крупный государственный заговор нескольких последних десятилетий.

— Необходимо привлечь следователей особого отдела, — резюмировал хозяин поместья.

— Они даже не будут слушать об этом без железных аргументов. Их служба очень не любит вмешиваться в распри и интриги между аристократическими родами, а именно так сейчас и выглядит со стороны наши разборки с Карамзиным, — остудил его пыл Никитин.

— Значит надо как следует замотивировать их, — небрежно сказал Иван Васильевич, словно говорил о чём-то обыденном и очевидном.

Но Георгий Александрович отрицательно покачал головой:

— Боюсь вы не понимаете кто это такие. Это люди, подчиняющиеся лично императору и ему одному. Они существуют с одной целью — быть карающей дланью правосудия для тех аристократов, кто думает что закон им не писан. Поэтому если у вас нет знакомого следователя, который готов поверить вам на слово и помочь, то забудьте об участии особого отдела.

Васнецов и Распутин не стали спорить. Знакомых следователей из особого отдела у них само собой не было, потому что любые связи с кем-то из аристократических фамилий означало для сотрудника этого ведомства мгновенное увольнение.

Что же, похоже опять придётся спасать ситуацию, — мысленно улыбнулся я вступил в разговор:

— У меня есть знакомый следователь, точнее бывший следователь, но он поддерживает связь с коллегами и я уверен — сможет нам помочь.