— Николай, мы тебе не враги, — мягко сказал я, сев рядом с парнем и жестом дав своим бойцам команду отпустить его. — Если ты захочешь прямо сейчас уйти, то никто тебя не будет останавливать. Я попрошу ребят больше тебя не трогать.

На лице Кольки читалось недоверие к моим словам. Его глаза метались между мной и дорожкой, ведущей к выходу из сквера.

— Но прежде чем ты уйдёшь, я предложу тебе кое что ещё, — продолжил я.

— Что? — впервые подал голос пойманный парень.

Я посмотрел в его глаза, в которых впервые промелькнул живой интерес и ответил:

— Возможность изменить свою жизнь. Разорвать связь с прошлым, уйти с криминальной дорожки и встать на путь исправления. Я предлагаю тебе работу. Это шанс начать зарабатывать честно, доказать, что ты достойный человек, найти новых друзей, которые не будут тянуть тебя на дно, а помогут подняться наверх.

По хмурым лицам моих доставщиков я понял, что они вовсе не в восторге от такой идеи. И мой богатый жизненный опыт подсказывал почему — они переживали, что новичок будет отнимать их работу и соответственно заработок. Поэтому я поспешил их успокоить:

— А вы можете не переживать насчёт работы — у нас впереди запуск новой газеты, распространение которой ляжет полностью на ваши плечи. Так что скоро будете радоваться, что такой активный юноша как Николай станет вашим новым компаньоном. Да и думаю не он один.

Мои слова подействовали мгновенно и лица доставщиков озарили довольные улыбки, предвкушающие новый опыт, а самое главное — потенциальную возможность заработать.

— Но это ведь несправедливо! Он совершил преступление, а вы его награждаете, — хмыкнул один из пацанов и это я тоже предвидел.

— Не совсем. Николай компенсирует ущерб из своего кармана, — строго посмотрел я на обдумывающего моё предложение Кольку. — Я буду удерживать из его зарплаты небольшую сумму, пока он не покроет весь причинённый ущерб. А ещё, одним из условий будет то, что ты, Николай, расскажешь кто попросил тебя порезать мне колёса.

Конечно же я планировал это делать чисто символически, чтобы не вызывать у остальных ребят чувства несправедливости. Само собой ни о какой компенсации стоимости новых колёс двенадцатилетним пацаном речи и не шло.

— Что решаешь? Моё предложение действует только здесь и сейчас. Если уйдёшь, то о работе с нами можешь забыть, — строго предупредил его я.

Делал это намеренно, потому что понимал: как только он вернётся в свой привычный круг общения, то они вновь затянут его в незаконные дела и он уже никогда не вернётся к нам и не встанет на путь исправления. А помочь парню и дать ему шанс на честную и нормальную жизнь мне очень хотелось, так что надо было резать по живому и додавливать его.