— Мы уже участвуем в информационной войне и сильно в ней проигрываем, — возразил я ему. — А бездоказательного мнения мы писать не будем, потому что доказательства у меня есть. Но к сожалению специальный отдел имперских следователей никак не хочет к ним прислушиваться. И раз они не слышат мой голос, то надо кричать громче.
— Ты хочешь, чтобы люди стали говорить об этом и тогда у властей не будет иного выбора, кроме как прислушаться к их голосам и принять во внимание твои доказательства? — поняла задумку Вика.
— Именно! — улыбнулся я. — Единственный способ сохранить лицензию — доказать нашу правоту в вопросе поставок оружия австрийцам. И разжечь сомнение общества в непогрешимости Карамзина. Это наше главное оружие на данный момент.
— Вы затеваете очень и очень опасную игру, Даниил Александрович, — покачал головой Гагарин.
— А разве не из-за таких вот опасных игр вы решились перейти в нашу газету? — с вызовом посмотрел я на своего управляющего.
* * *
Дом на Арсенальной набережной.
Приехав домой, позволил себе наконец-то выдохнуть и расслабиться. Купив шампиньоны и курицу, я решил побаловать свой желудок домашним жульеном. Шаверма, открытая мне Гончаровым конечно божественна, но одной ей сыт не будешь.
Так что, переодевшись в домашний костюм, я принялся нарезать куриное филе тонкими ломтиками. Погрузившись в свои мысли, на автомате орудовал ножом и даже не сразу понял, что в мою дверь активно стучат.
Не смотря в глазок, я так и открыл дверь, держа в правой руке огромный нож.
— Добрый вечер. Я могу зайти? — стояла на моём пороге Алиса Распутина с большой сумкой в руке.
«Поедешь к нему с вещами и без титула», — тут же прозвучал в моей голове голос Сергея Распутина.
Глава 10
— Так и будешь стоять или наконец пригласишь меня войти? — недовольно хмыкнула аристократка и, не дожидаясь приглашения, махнула рукой, шагая внутрь моей крепости одиночества.
Появление своенравной дочери князя Распутина смогло удивить меня. Эксцентричная девушка славилась необдуманными поступками и кажется я стал невольным свидетелем одного из них.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я, когда она по-хозяйски расположилась на моей кухне.
— Хотелось бы пить чай, — дерзко бросила она.
— А мне хотелось бы услышать ответ на свой вопрос, — не менее дерзко парировал я. — Что в сумке?
Алиса опустила взгляд на свою сумку, а затем вновь посмотрела на меня и её зелёные глаза округлились от осознания.
— Уваров, даже думать об этом не смей! — её щёки стали пунцовыми.
— И о чём мне нельзя думать? — улыбнулся я, когда убедился что это не то, что я подумал изначально.