Когда основные вопросы были решены, а прибывшие воины немного отдохнули и восстановили силы, Вормунд де Селоне изъявил желание поговорить со своим спасителем с глазу на глаз. Рауль ожидал услышать ещё раз слова благодарности и застыл в удивлении, когда узнал всё, что посчитал нужным ему сообщить рыцарь.

– Я очень благодарен вам за спасение, мессир, – начал он, – однако хочу поговорить о другом. Жизнь вашего старшего брата в опасности. Вы, думаю, хорошо помните тот день, когда после коронации нашей госпожи Матильды произошёл скандал. Мадам Иоланта прилюдно предъявила свои права на Мориса де Гранвиля и была изгнана королевой. Я тогда помог женщине устоять на ногах и, признаюсь, получил от неё щедрое вознаграждение за помощь. Но ещё более щедрой она была, когда авансировала мои враждебные действия против рыцаря де Гранвиля. Злобная и мстительная, мадам Иоланта захотела ни много, ни мало как получить в своё поместье мессира де Гранвиля, закованным в цепи. Его жену и ребёнка она пожелала убить, причём мальчика непременно размозжить об стену. За такого рода помощь она обещала мне неземное блаженство, и, надо сказать, авансы, ею данные, позволяют на это надеяться. Однако рыцарская честь не допускает даже мысли о таком вероломстве по отношению к одному из нас, тем более в такое трудное время. Но в мире много мужчин, готовых на всё ради сладострастных утех от опытной и горячей женщины. Она может подослать к вашему брату и его семье кого-то другого. И я рад, что мне представился случай предупредить вас. Думаю, ваш брат должен обезвредить её, иначе никогда не сможет жить спокойно. У меня такое представление, что мадам не отступится от своего решения.

– Мне просто жутко было слушать то, что вы мне поведали, мессир, – ответил на это взволнованный до крайности Рауль. – И я счастлив, что судьба свела нас с вами. Я, разумеется, предупрежу брата, как только смогу его увидеть, но первым делом велю усилить охрану Эльгиты и маленького Филиппа. Даже представить страшно, что есть женщины, способные покуситься на жизнь ребёнка. Но я всегда был уверен, что Иоланта не в себе – ведь нельзя же столь откровенно преследовать мужчину, который её не желает. Я думаю, что её нужно просто уничтожить, раздавить как ядовитую змею. И спасибо вам, мессир де Селоне, что решились открыть мне правду.

Вскоре оба рыцаря расстались, отправившись каждый своей дорогой. А мятеж на побережье был довольно быстро подавлен. Пришлые воины потеряли многих из своих рядов и вынуждены были отступить. Они отбыли на своих кораблях обратно в Ирландию, и никто никогда не слышал больше ничего ни об Эдит Лебединой Шее, ни о её сыновьях. Известно только, что законнорожденная дочь покойного Гарольда Годвинсона Гита Уэссекская отбыла в далёкую страну под названием Киевская Русь, чтобы стать женой князя Владимира Мономаха.