Следователь молчала. Побарабанила пальцами по столешнице и достала свою записную книжку. Задумалась на пару секунд, а потом написала что-то на листочке бумаги и передала его Кин.

— Руи Маеда. — Прочитала Миядзаки единственные слова, имеющиеся на листочке, и передала его Ясуо. Тот взглянул на нее и отложил под столешницу. — Нам найти его?

— Можете не утруждаться. Вы просили результаты — я вам их дала. Руи Маеда был найден на одной из станций метро. Пятая в южной ветке. Он так сильно желал покончить с жизнью, что откусил палец человеку, препятствовавшему его суициду. Не имей я привычки просматривать утренние отчеты, то занималась бы сейчас его активным поиском. Но, поскольку я молодец, то в этом нет необходимости. Все кусочки господина Маеды были собраны и помещены в холодильник морга.

Ясуо покачал головой, уже прекрасно понимая к чему клонит Кисараги:

— Он был зацепкой или свидетелем по этому делу?

— Да. Можно и так сказать. Ребята с центра запрашивали деньги через него. Связующее звено. А теперь хорошо промороженный кусок мяса. Хотя нет, несколько кусков мяса. Лежат и ждут родных.

— Родные знают? — Не смотря на красочные описания, Кин оставалась хладнокровной. И пыталась построить хоть какие-то стратегии действий.

— Да, тут без вариантов. Я слишком поздно узнала. Но есть один нюанс. Пострадавший контролёр станции, который пытался не дать Руи свести счеты с жизнью припомнил, что тот постоянно смотрел в телефон. Вот же! Даже на пороге смерти не отрываться от экрана? Я так думаю, там должно быть что-то КРАЙНЕ важное.

— Это интересно. Спасибо. — Ясуо протянул чашечку уже готового чая. — Еще хотите?

— Ну сам же знаешь, раз даешь, — рассмеялась Рэйко и взяла чай. — Кстати, недурственно. В тех заунывных заведениях, где меня поили настоящим чаем и не давали сахар, было не так вкусно. Ха!

Девушка сделала большой глоток, не смотря на кипяток и протяжно выдохнула:

— Неплохо! Вы это… Не поймите меня неправильно. Фиг бы я вам что рассказала, если бы могла сама этим заняться. Но эта процедура, как вишневое варенье — может скрючить лицо от кислоты. Искать по нормальному — это значит оформлять запрос. Оцеплять территорию и частично блокировать станцию. А может и движение поездов остановить, если он куда-то поглубже упал. Или ничего не найти и истерично опрашивать всех бомжей, кто мог видеть или подобрать. Опять ничего не найти, и выгребать от начальника за причиненные людям и метрополитену неудобства. Говорите заинтересованы в этом деле? Вот, занимайтесь. Узнаете что-то — с радостью выслушаю.