Лейб-медик кивнул, и они с «Величеством» удалились.
— У нас дико красивая мама, — сказал Саша, когда они остались втроем. — Интересно, а если бы я ей так прямо и сказал: «Мадам, вы прекрасны!» — это было бы очень по рабоче-крестьянски?
Никса расхохотался.
— Как ты сказал? По рабоче-крестьянски?
— Я, правда, не помню этикет. Веду себя, как медведь, наверное. Ты меня поправляй.
— А «медведь» тебе подходит, — сказал Никса. — Даже больше, чем «бульдог».
— Почему «бульдог»?
— Прозвища своего тоже не помнишь?
— За глаза зовут «бульдогом»?
— Бульдожкой или Мопсом. Но ты не обижайся. Володю вообще «Куксой» зовут.
Володя насупился.
— Ладно, буду знать, Никса, — сказал Саша. — Могу я тебя «Никсой» называть? Или только на «вы» и «Ваше Высочество»?
— Ты можешь. Володя может. Младшие братья: Алексей и Сергей (когда говорить научится). Сестра Маша. Мамá и Папá. Остальные: «Ваше Императорское Высочество» или на «вы» и по имени и отчеству.
— Спасибо за ликбез. Усвоил.
— Спасибо за что? «Ликбез»?
— Ликвидацию безграмотности. Похоже ваш утонченный двор для меня слишком утонченный.
Никса хмыкнул.
— Ты и до болезни утонченностью не отличался.
Володе быстро наскучил разговор, он отправился по своим детским делам, а они остались вдвоем.
— Никса, а у тебя есть ноутбук? — спросил Саша и стал следить за реакцией.
— Записная книжка? — переспросил Никса.
— Нет. Компьютер.
— Вычислитель? Арифмометр?
— Ладно! Проехали! — вздохнул Саша. — Никса, а можно эту дурацкую ширму отодвинуть? Там же окна, наверное, за ней?
«Брат» перетащил ширму к стене, и свет ударил из открытых окон, так что Саше пришлось прикрыть глаза рукой.
Глава 3
Окна были высоченные, до потолка, с синими тяжелыми шторами, слава богу, открытыми. На пасмурном небе наметились голубые просветы, и ветер гнал облака, обещая разогнать совсем.
— Никса, а сколько времени? — спросил Саша.
— Четыре пополудни.
— Здесь есть часы?
— На камине, тебе не видно.
— А можешь мне помочь до окна дойти?
Никса помог ему спуститься с кровати и подставил плечо.
И тут обнаружилась еще одна странность: Никса был выше. Он только пятнадцатилетний мальчик. Как? Саша всегда был выше всех: что друзей, что родственников.
Николай довел его до окна и усадил в кресло.
Окно выходило на цветник в регулярном французском стиле с красными и белыми розовыми кустами. За ним был парк с высокими деревьями, кажется, липами.
Он не долго любовался пейзажем, потому что возникла еще одна проблема.
— Никса, можешь довести меня до туалета? Ну, ватерклозета? До него далеко?
— Доведу. Не очень.
— Я могу так дойти или нужно одеваться?