— Ну, что вы, Ваше Императорское Высочество! — усмехнулся Муравский. — Какой склад!

— Значит разговоры, — заключил Саша.

— Не более, — сказал арестант. — Правда, лафит для нас дороговат был.

— Ну, между пивом и чаем. Не суть. Просто мне кажется, что все эти замечательные напитки можно потребить и дома, а не тратить казённые харчи.

— О, как я с вами согласен! — улыбнулся Муравский.

Снял крышку с первой тарелки и сказал:

— Кстати о харчах. Гороховый суп. Будете, Ваше Императорское Высочество?

— Пару ложечек. Не то, чтобы меня морили голодом в Зимнем.

Арестант отлил в Сашину пустую тарелку две ложки пахнущего горохом супа, который кажется ещё не остыл.

— Достаточно? — спросил он.

— Более чем, — сказал Саша.

Саша погрузил в него свою серебряную ложку и попробовал варево на вкус.

— Не фонтан, конечно, — вынес он вердикт, — но есть в принципе можно. Правда без мяса.

— Великий пост, — возразил комендант.

— А, да! Конечно, — кивнул Саша. — Всё время про него забываю.

— Обычно кладём мясо, — добавил Мандерштерн, — четверть фунта.

— Я не застал, — заметил Муравский, — И живот иногда реагирует на этот суп не лучшим образом.

— Вот и проверю на себе, — сказал Саша.

Во второй тарелке у Муравского лежала целая рыбина (не бог весть какая, лещик или плотва), но с тремя варёными картофелинами и парой солёных огурцов.

С разрешения собеседника Саша утащил себе одну картофелину помельче и огурец.

— Рыба не разрезана, — заметил арестант, — а ни ножей, ни вилок не выдают. Так что приходится есть руками, как звери в зверинце! Вы уж простите, Ваше Императорское Высочество! Хотите?

И он оторвал у рыбины часть хвоста.

— Давайте, давайте! — сказал Саша. — Я тоже попробую метод зоосада. Бездна новых впечатлений.

И тут Сашу начал разбирать смех. Он вспомнил «Колымские рассказы» Варлама Шаламова, «Один день Ивана Денисовича» Солженицына и собственных подзащитных, которые питались в СИЗО только передачами, потому что тюремную еду вообще есть не могли.

А тут совершенно нормальная картошка с недорогой, но совершенно нормальной рыбой и совершенно нормальные и даже довольно вкусные огурцы. И никакого привкуса комбижира или ещё какой-нибудь суррогатной гадости!

Не разрезана ему рыба, блин!

Знал бы он, что будет!

Муравский ел рыбину аккуратно выбирая кости, снимая и брезгливо отодвигая кожу. А Саша вспоминал рассказ Шаламова «Хлеб», где герои с наслаждением облизывают селедочные хвосты и едят их вместе со шкурой и костями.

— Нельзя вилки и ножи, — начал оправдываться комендант. — Ещё кто-нибудь руки на себя наложит.

— Я знаю, — сказал Саша. — Митрофан Данилович, неужели не хотелось вскрыть себе вены или повеситься, когда вас закрыли? Не поверю! Так что здесь я полностью на стороне администрации. Даже у меня оружие отобрали.