— Что они делают?!

— Мы… Марина предположила, что избирательно уничтожают какой-то вид речной фауны, — ответил Павлу Уваров.

— А зачем?!

Павел заранее знал, что лейтенанту нечего будет сказать в ответ. Вопрос больше был риторическим — многое из того, что творили пришельцы оставалось за гранью человеческой логики.

— Ладно, мы этим сволочам рыбалку-то пообломаем. Сколько их там?

— Пятеро. Сменяются раз в три часа. Уходят к «П-2», а оттуда приходит свежая партия.

— На перезарядку, скорее всего, — Павел на секунду задумался, — маршрут, по которому сменяющаяся пятерка отходит, отследили?

— Конечно! Из-за этого мы «стрекоз» и потеряли. Слишком близко к пирамиде подобрались. Но зато вот, — лейтенант перешел к вертикальной голопроекции, на которой отображалась карта местности и тыкнул пальцем в слегка изломанную красную линию, которая связывала берег реки и объект «П-2», — по этому пути они и возвращаются.

— Отлично! Делаем так — отслеживаем еще две смены. Если маршрут и время меняться не будут — начнем готовить операцию. Шесть часов, как раз личный состав отдохнуть успеет.

Говоря о личном составе Павел и себя тоже имел ввиду. Командир как никто другой должен был свеж и бодр во время боя. И оставив Уварова на дежурстве, Павел отправился в личные «покои» на отдых. За долгие годы службы у него выработалась четкая привычка, лег на кровать, закрыл глаза, сам себе скомандовал «отбой» и… тут стук в дверь.

Пришлось вставать и натягивать на себя комбинезон.

— Войдите! — громко произнес он и на пороге появился Березов.

— Как индивидуальные занятия прошли?

— Отлично. Девчонка растет.

— А пришел-то зачем? Растет и молодец.

— Слишком быстро растет. Я таких знаю. Да и вы, наверное, понасмотрелись. Ее злость подстегивает. На вертушек. И, по большей части, на себя. И если она на полигоне зубами скрежещет при виде мишеней, то представь, как у нее крышу в бою рванет? В первой же стычке героем станет. Но посмертно.

— Что предлагаешь?

— Давай ее ко мне во взвод переведем?

— Так, старшина. Я гляжу ваши индивидуальные занятия уж в слишком индивидуальные переросли!

— Да не в этом дело! Таня…

— Таня?

— Куклу зовут Таня! — старшина начал заметно волноваться, тем самым еще больше усиливая подозрения Павла, — так вот, Таня дочери моей ровесница. Как ты вообще мог подумать, что мы этого… ну того. Просто ты занят, на тебе вся база весит. Тебе особо нянькаться с ней некогда, а на мне только один взвод.

— Ровесница, говоришь? — Павел прищурил один глаз и Березов, этот несгибаемый мужик из легированной стали, начал нервничать еще больше, — хорошо, забирай. Но если вдруг…