— Значит, у нас ядро получится где-то на двести единиц? — глядя на окончательную схему, Зотов почесал затылок. — Маловато, конечно!

— Во-первых, в этот размер больше разместить не получится, максимум двести пятьдесят. Или надо брать камни большего размера. Но тогда их возить с собой будет сложно. Во-вторых, ядро буду делать я, а мой источник сейчас — сто восемьдесят единиц. Сделать ядро больше, чем мой действующий источник, практически не реально. Точнее можно и тысячу сделать, если я одновременно буду накладывать все руны. И защиты и включения. Но пока я их не знаю на должном уровне. Так что сначала я делаю ядро и наполняю его до предела, чтобы оно было стабильным, затем приступаете к работе вы. Ну и в-третьих, это не так и плохо. Свою функцию он будет исполнять.

— Как? Ты же говорил, что надо заливать в источник больше магии, чем туда помещается. У меня же источник триста сорок единиц! — с гордостью задрав голову, заявил он.

Эта фраза вызвала улыбку на моём лице. Нашёл чем гордиться. Даже до полутысячи не дошёл. Как вообще может считаться серьёзным магом человек, который не преодолел рубеж магистра?

— Что ты улыбаешься? — раздражённо воскликнул Зотов. Сейчас его настроение скакало от радости до раздражения. Он радовался тому, что появилась возможность провести эксперимент всей его жизни, и злился от того, что главная заслуга в этом шестнадцатилетнего парня. А ещё боялся, что у нас ничего не получится. Все это читалось на его лице, которое для меня было, как открытая книга.

— В течение дня мы сливаем энергию в накопитель. Я его наполню без особого для себя ущерба за пару дней. Денёк ещё подожду и буду принимать энергию обратно. Мой источник не обязательно должен быть пуст в этот момент. Главное — вливать как можно резче и плотнее, — я снова объяснял элементарные вещи, которые в моем мире знал любой ученик магической академии, — всё равно каждый день так делать нельзя. Источнику надо давать время, чтобы он окреп и восстановился. Да и подрос, — закончил я.

В этот момент раздался требовательный стук в дверь.

— Сева, открывай! — пробасил кто-то за дверью.

— Вот и наш целитель! — обрадованно вскочил Всеволод Дмитриевич.

Открыв дверь, он впустил в магазин крупного мужчину, практически своего ровесника. Лет тому было слегка за тридцать. Невысокий, полноватый. На лбу поблёскивают бисеринки пота. Дыхание сбито, лицо раскраснелось от быстрой ходьбы. Похоже он действительно спешил к нам.

— Борис Борисович, — представил Зотов мне его, — целитель!

— «Целитель», — пробасил тот недовольно, с облегчением усаживаясь на стул, — я, между прочим, главный целитель городской больницы! А ты говоришь — «целитель»!