Игнат потянул носом воздух и спросил:

— Чуешь?

Я кивнул. Воняло пороховой гарью и самую малость табачным дымом.

Сыщик с пистолетом в руке двинулся к лестнице, по которой можно было забраться в башенку, но сразу остановился и поднял с пола окурок, после изучил натоптанные в пыли следы, похмыкал. Я толкнулся поисковым воздействием вверх и чуть в сторону, не дождался никакого отклика и сказал:

— Там никого!

— Допустим… — пробурчал сыщик, но ТТ при этом возвращать в кобуру не стал и ловко взобрался по шаткой лесенке с ним в одной руке и с электрическим фонариком в другой. Спустился обратно он уже без оружия, зато с надетой на карандаш гильзой, заметно превышавшей своими габаритами обычную винтовочную.

— Разрешите! — попросил я и пригляделся к её донцу. Падавшего из слухового окна света хватило, чтобы уверенно вынести вердикт: — Срединский противотанковый!

— Ага-ага, — задумчиво протянул сыщик и скинул гильзу с карандаша в бумажный пакет. — Видел раньше?

— Доводилось.

Игнат огляделся.

— И само ружьё, надо понимать, немаленькое?

Я поднял ладонь на уровень носа.

— Такое примерно. Но ствол можно скрутить.

— Ясненько. — Сыщик прошёлся по чердаку, потом вернулся ко мне и указал на окурки. — Что скажешь?

Бычков набралось с десяток, бумажные мундштуки одних были характерны образом заломлены посередине, другие лишь примяли зубами, в этих окурках оставалось никак не меньше пятки табака.

— Курили двое, — сказал я, выпрямляясь.

Сыщик кивнул.

— И пробыли они здесь от силы пару часов, — добавил он. — Даже не напрудили нигде. Посему вопрос: как они передвигались по району с этим твоим противотанковым ружьём?

Я озадаченно хмыкнул.

— А они передвигались? Может, именно здесь схрон был? Вдруг кто-то из жильцов замешан?

— Утром в пяти кварталах отсюда расстреляли броневик, — просветил меня сыщик, который опустился на корточки и убрал пару окурков в бумажный пакет. — Почерк предельно схож: первым выстрелом был убит оператор, вторым повреждён двигатель. Калибр совпадает. — Он выпрямился и объявил: — Попробую привести в чувство дворника, а ты начинай обход. Опроси жильцов, наверняка кто-то что-то видел или слышал.

Я внутренне поморщился, но говорить о бесперспективности такого рода оперативно-розыскных мероприятий не стал. Ничего не попишешь: надо — значит, надо.

Мы спустились с чердака, Игнат пообещал прислать кого-нибудь и поспешил вниз, а я позвонил в ближайшую дверь и сразу, не дожидаясь ответа, потревожил жильцов ещё двух квартир. Никто не отозвался.

Разумеется, я мог бы с чистой совестью спуститься этажом ниже, но халтурить не пожелал, задействовал технику активного обнаружения и без особого удивления уловил присутствие людей сразу во всех трёх квартирах.