Лично я никуда возвращаться не собирался, но сказал о другом:

— А толку сейчас от денег? Не купишь ничего! Все магазины закрыты!

— Петя, о чём ты? — Куратор повёл рукой. — Ты уже в магазине!

Я не удержался и фыркнул.

— Вы серьёзно?

— Предельно. И потом — с деньгами, Петя, даже при закрытых магазинах лучше, нежели с пустыми карманами. Только очень тебя прошу, на свой счёт в банке ничего не клади и родителям не отправляй, не демонстрируй внезапно подросшее благосостояние. Что не потратишь — спрячь в кубышку на чёрный день или где ты там заначку держишь. Держишь ведь?

Секрета из этого обстоятельства я делать не стал, кивнул.

— И это правильно! — похвалил меня Альберт Павлович. — А теперь иди и узнай, как здесь организовали товарно-денежный обмен. Переворот — не переворот, а торгаши свою выгоду никогда упустят.

Я сунул деньги в карман, не удержался и спросил:

— Это ведь не из институтской кассы, да? Теневой ректорат на операцию, поди, выделил?

Стрелял наугад, но вроде как своим вопросом угодил точно в цель. Нет, округлое лицо куратора ни на миг не утратило своей невозмутимости, просто очень уж пристально глянул в ответ Альберт Павлович. Потом кивнул, словно соглашаясь с какими-то своими выводами, и вздохнул.

— Ну, Петя, сам посуди: где мы с тобой и где ректорат, хотя бы даже и теневой? Или тем более — теневой?

— Так ведь речь не о нас, а о деньгах, — резонно заметил я.

Куратор хмыкнул, вроде бы поколебался немного, но всё же снизошёл до пояснений.

— Есть клуб и есть президиум клуба, но теневой ректорат… — Альберт Павлович покачал головой. — Нет, мы не используем такого определения. Позже об этом поговорим. — Он взглянул на часы. — Осмотрись тут пока. Полчаса свободного времени у тебя точно есть.

Я решил воспользоваться советом, а только отошёл, и за спиной вдруг послышалось:

— Альберт! Вот так встреча! Какими судьбами?

Не утерпев, я обернулся и увидел, что к куратору обратился господин лет тридцати из числа размещённых в «Пассаже» операторов.

— Кирилл! Рад видеть тебя в добром здравии! — отозвался Альберт Павлович, пожимая протянутую руку. — Да вот занесла нелёгкая в командировку, повезло так повезло!

— И чем занимаешься?

— Да всё тем же: консультирую!

В голосе Альберта Павловича прозвучали едва ли не извиняющиеся нотки, и я сходу не разобрал, изобразил он смущение или неожиданная встреча со старым знакомым и в самом деле заставила его на миг упустить контроль над эмоциями. Было бы небезынтересно в этом разобраться, но с тем же успехом я мог затеять гадание на кофейной гуще, поэтому лишь пожал плечами и, с интересом поглядывая по сторонам, начал пробираться через расположившихся в «Пассаже» операторов.