Я стоял на коленях безучастно глядя в пространство.
Спустя несколько секунд, а может и несколько часов, я поднялся и на негнущихся ногах доковылял до зеленого тела. Я рухнул на тело богомола и снова заплакал.
— Эй, рыцарь, — раздался хриплый голос женщины. — Я тронута, что ты так переживаешь, но ты похоже телом ошибся. Я блин здесь. Только не падай на меня.
Черт, эта дура ведь ничего не понимает. Вообще ничего.
— Она была своя. — просипел я, — Она моя дочь.
— Ты что там сипишь? Перенервничал? — усмехнулась она. — Это вообще-то я на пороге смерти и должна бредить. В меня только что система влила три аптечки. Я даже себя снова живой почувствовала, если конечно от передоза не загнусь. — Она засмеялась. Похоже обезболивающее, или что там ей вколола система, было наркотическим. — Хватит там валяться, помоги мне. У… меня не так много времени. Я сейчас откинусь.
Я поднялся и поковылял к Хельге.
Я смотрел на нее потерянным взглядом и пытался понять какие чувства должен к ней испытывать.
Она произвела какую-то манипуляцию. Передо мной возникло системное уведомление, но я не в силах был его читать. Понял лишь что нужно принять или отказаться.
— Ну что смотришь? Принимай. И слушай сюда. — я безвольно последовал указанию. — Я назначаю тебя своим временным представителем. Этот поселок в статусе осады. Так как я здесь не закреплена, появлюсь где-то поблизости. — Это выглядело странно. На Хельгу напала болтливость, но при этом, эй было настолько трудно говорить, что казалось каждое сказанное слово приближает ее к смерти. — Я постараюсь вернуться как можно раньше. Если Галзы начнут приставать к тебе, в общем скажешь что ты со мной, и отстанут. Понял?
Я безразлично кивнул, даже не поняв до конца смысл вопроса.
— Там наверху, еще одна дохлая матка. Если кто из администрации захочет прибрать ее к рукам, скажи что я приду и разнесу все оставшееся. Прям так и скажи. — из уголка ее рта, побежала струйка крови. Она закашлялась. — Не подведи меня. И эта тоже моя. Она мелкая, но оказалась сильной.
— Нет! — твердо глядя в глаза Хельги просипел я. — Эта моя…
— Да ты обнаглел малыш. Совсем страх потерял? Это ведь я ее убила.
— Это моя дочь. — сказал я прокашлявшись. — Ее никто не получит. Она останется здесь. Или я ее сожгу. Но никто не разберет ее на органы.
— Даже и не знаю что сказать, либо ты псих, либо решил подзаработать, хотя все равно псих.
— Я должен ее сжечь.
— Сама не пойму, и чем ты мне нравишься? — протянула она. — В ней ведь миллионов сорок. И она меня практически убила.
— Да. Она чуть окончательно тебя не убила. Я слышал ее мысли.