Ах вот оно что. А я-то себе всю голову уже сломал, что ему надо. Получается, он подозревает не меня, а ищет напавших на его сына. Надеясь, что я заметил что-то странное.

Так и что ему сказать? Поделиться сведениями? Тогда он меня точно на заметку возьмет. Сейчас ничего не сделает, раз делом сына занимается, а через пару месяцев? Возьмет за жабры.

— Странное? — повторил я. — Ещё бы!

— Хотел бы услышать, что именно.

— Да я даже не знаю, как объяснить. Оба случая похожи.

— В каком смысле — похожи?

— Как будто дерьма из одной лужи набрали.

— Поясните свою мысль, — спокойно попросил он.

— Ну… — растерялся я, пытаясь на ходу сообразить, как именно ему ответ подать. — Вы ведь в курсе, как Масло очищается?

— Более-менее, — поскромничал этот явно не самый слабый адепт.

— Если в общих чертах, то чистое Масло отделяется от всяких примесей. Для чего практики изучают эти примеси…

Никогда не думал, что порадуюсь чтению того дрянного учебника.

— Что в той большой трагедии, когда много людей пострадало, что в случае с вашим сыном — было что-то общее. Не знаю, как это описать. На вкус схожее. Вы понимаете, о чем я?

— Да.

— Эта энергия в обоих случаях была словно настроена против самой жизни… — попытался я описать энергию с плана смерти. — Возможно, это случайность, но вы сами просили сказать, что странное я заметил.

— Этот признак характерен для боевых техник одной школы.

— Наверное, — пожал я плечами, — вам лучше знать.

— Откуда же у вас такие навыки, чтобы справляться со столь тяжелыми случаями? — поинтересовался незваный гость. — В обоих случаях вы сделали то, что не каждому целителю под силу.

— Чистотой беру, — ответил я спокойно. — А так, талант, наверное.

Вот пусть думает, насколько это правда. Если целителей спросит, они ему подтвердить должны про чистоту.

— Ещё что заметили? — принял он ответ.

— Вроде нет.

— Жаль, очень жаль.

Я только руками развёл. Чего он от меня хочет? Чтобы я ему все тайны рассказал и виновника назвал? Нет, я могу и так сделать. Но если Аристарху Павловичу я ещё был готов довериться, то человеку из тайной службы — категорически нет. Уж точно не после случая с Горынычем и того, как мне городовой пытался вину повесить. Спасибо, не надо. Оценил, какие методы работы практикуются.

И так плохо, что на заметку попал в очередной раз.

— Что ж, — поднялся он, — спасибо за сотрудничество, Олег. Можете не провожать.

Когда он ушёл, я убедился, что дверь закрыта, вернулся на диван, плюхнулся и шумно выдохнул. Снова эмоции нахлынули с запозданием. Сердце было готово выскочить из груди.