После этих слов мужчина отправился на выход. Двое его людей остались присмотреть за тем, как будет исполнено приказание.
Паук сглотнул и наклонился над Лютым.
— Ничего личного… — шепнул он, потянувшись к руке.
Сам Дарвин всё прекрасно слышал, но ему было уже плевать. Парень решил, что жизнь на этом для него закончена.
Глава 4
Слышал я, среди кочевников слово интересное — душнила.
Вот Демьян этот — тот ещё душнила. Пришёл в обед, вывалил на меня кучу документов. Еду тоже принес. Себе и мне. Вместе со мной есть сел. Попутно прочитав лекцию о том, что за документы, как их важно изучить. Об устройстве лечебницы, правилах, нормативах и регламентах. Сказал, что я это должен был выучить ещё вчера и что в ближайшее время нужно зазубрить все самым тщательным образом.
Ладно бы это. Я ему только спасибо бы сказал.
Но Демьян, каждый раз, как мимо моей палаты проходил, заглядывал, награждал строгим взглядом и проверял, дурью я маюсь или делом занят.
Придраться ему не к чему было. Вся эта информация мне была нужна, поэтому я читал, читал, читал… Столько всего узнал, что голова разболелась. Да уж, давно я не зубрил что-то настолько активно. Зато понятнее стало, как жизнь в больнице официально устроена. Шесть корпусов, пара десятков отделений по разным направлениям. Я сейчас лежал в первом травматологическом стационаре. Был ещё и второй, куда попадали с обычными травмами, не связанными с Маслом и отравлениями. Когда Демьян в очередной раз заглянул, уточнил у него этот момент.
Как и ожидал, лечебница делилась на две части. Этот корпус, где я находился и где обитали целители, был ориентирован на случаи, связанные с Маслом. Отправления, их последствия, всякие тяжелые случаи, вроде попадания под боевую технику или стихиальный выброс. В остальных же корпусах занимались обычными, мирскими проблемами. Там целители тоже могли бы пригодиться, но… С обычной болезнью и обычный врач помочь может. А с если проблема с Маслом связана, никто, кроме целителя, не справится.
В общем, расклад понятый. Уточнил и то, сколько здесь целителей работало. Двадцать один, не считая меня.
Всего лишь двадцать один. Каждому, согласно его силе и мастерству, определялась норма в день. За которую он зарплату получал. Мог работать и сверхурочно, но это не одобрялось. О чем мне Демьян тоже рассказал. Причина неодобрения понятна — если целитель не давал обетов, если работает с не особо чистым Маслом, то он не просто устанет, превысив свою норму, но и слечь рискует. А значит, на недельку-другую выпадет из строя.
Прикинув несложную математику, я куда лучше понял, с чем связаны очереди и почему люди неделями могут ждать, когда им помогут.