Так, ёкаи имели куда более глубокое понимание окружающего их мира, от чего скрыться от них было не так-то просто.

Похожую, пускай и ослабленную способность, имели и оммёдо.

Мало кто об этом задумывался, но в глазах мира оммёдо, в некотором роде, переставали быть людьми. Отказываясь от войн и крови, они получали прощение за, скажем так, грех своего рождения.

Да-да, мир, а заодно и все те, кто имел с ним глубокую связь, относились к людям заведомо настороженно, хоть это чувство и носило, скорее, рекомендательный характер.

Это значило, что если ёкай начинал дружить с человеком, то чувство неправильности затихало.

Все же мир не был против свободы воли своих созданий. Мир вообще не был разумен в привычном для человека смысле этого слова.

Именно поэтому, когда Каэда решила пропустить торговый караван мимо, скрывшись среди ближайших зарослей бамбука, то о наличии поблизости ёкая они с незнакомкой узнали почти одновременно.

Но если едущая в караване дух ее почувствовала, то Каэда просто узнала самого главного торговца.

Вышедшая на дорогу и скрывающая лицо девушка мгновенно вызвала приступ паники у обычных носильщиков и очень большую настороженность у охраны, в которой кроме десятка ронинов, полутора десятков асигару, еще имелось аж пять воителей отступников.

— Кто ты такая и что тебе надо⁈ — вперед грозно вышел командующий охраной. Судя по его доспеху и тому, как он держался, он был полноценным самураем. Его рука нервно поглаживала рукоять катаны которую он, правда, еще не вытащил из ножен.

— Я хочу встретиться со своими знакомыми. — весело ответила Каэда, ожидая ответных действий. — А именно, с господином Канси.

— Кто бы ты ни была, но иди своей дорогой! Господин Канси не желает общаться со всякими проходимцами. — рыкнул глава охраны, стреляя вокруг настороженными взглядами. Он явно подозревал засаду.

Его подчиненные уже начали постепенно обходить Каэду с двух сторон. Из-за мировой войны никогда нельзя было доподлинно знать, кто враг, а кто друг. Влачащий ноги жалкий бродяга мог оказаться скрывающимся и замаскировавшимся воителем отступником, способным взорвать тебя какой-нибудь техникой водяного ядра.

Тем не менее, подбежавший к командующему запыхавшийся слуга расставила все по местам.

— Да? — недоверчиво спросил мужчина, после чего бросил удивленный взгляд на Каэду. — Бойцы! Господин Канси разрешил ей с ним встретиться. Всем вернуться на свои места! Бегом!

Слуга же аккуратно подошел к любующейся окружающими красотами девушке.

— Госпожа, позвольте вас проводить.

— Конечно, давай.