Кабинет Хидэо встретил Стаса доносившейся изнутри приглушенной руганью.

Постучавшись, через пару секунд Стас отодвинул дверь в сторону.

— Не помешал? — Ордынцев остановил взгляд на распаленных от спора Хидэо и Кизаши.

— Широ-сан! — ахнул Кизаши, обрадовавшись Стасу, как родному. — Как хорошо, что вы прибыли.

Стас перевел взгляд на дедушку алхимика и поразился тому, насколько тот постарел. За прошедшие несколько лет, такое чувство, что тот прибавил сразу лет десять.

Спина сильно сгорбилась, а щеки обвисли, делая его немного похожим на голодного бульдога.

И самое главное, Хидэо смотрел на Стаса отнюдь не дружелюбно.

— Явился, — проскрежетал старик. — А мы вот с моим непутевым внуком как раз кое-что обсуждаем. Ну что молчишь, будто в рот воды набрал? Давай, разоряйся. Дай нашему гостю тоже послушать.

Стас перевел взгляд на закатившего глаза Кизаши.

— Я пытался убедить дедушку, что нам всем, то есть, целителям, надо поддержать Джишина! Ведь он лучший выбор!

— То, что ты с ним работал, не делает его лучшим выбором, пойми же ты наконец! — опять взорвался Хидэо, потрясая сучковатой рукой. — Ты подумал о том, что с тобой и больницей будет если твой Джишин проиграет? Вот, ты, Широ, скажи, что будет?

— Будут санкции, — честно признался Стас, усмехнувшись под детски обиженному лицу Кизаши. — Вполне возможно, лично вас и вовсе отстранят от всех занимаемых должностей.

— Ну вот, — победно улыбнулся старик. — Поэтому я считаю, что лучше просто подождать, а потом присоединится к тому, кто победит. Зачем весь этот риск?

— Но, — тон Ордынцева заставил Хидэо нахмуриться и с подозрением посмотреть на Стаса. — То, что я перечислил с вами произойдет лишь при поражении Джишина, если вы встанете на его сторону, — продолжил землянин.

— А я хотел бы вам напомнить, что чуть ранее вы с внуком вполне себе входили в ряды людей Идзуны, — Хидэо застыл, словно не желал слышать, что будет дальше. — А потом вы нагло, по мнению старшего принца, его предали и переметнулись к ненавистному брату. Конечно, он может вас принять вновь, но ведь он может и затаить зло, понимаете?

— Вот зачем ты тут нарисовался? Чтобы все портить? — с горечью процедил Хидэо и, пошарпав ногами по полу, буквально рухнул на пуфик.

— Дедушка, как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно бросился к нему Кизаши, зажигая целительскую длань. — Позволь мне…

— Отстань, — ругнулся Хидэо. — Я еще вас всех переживу.

Старик перевел опустошенный взгляд на Ордынцева. Стас невольно почувствовал сострадание к старому воину. Было очевидно, что Хидэо совсем не привык вариться во всей это политической клоаке. Его делом была больница и он ей всегда и управлял. Теперь же от его решения зависели судьбы множества людей, и он откровенно не знал, что делать.