При этом Стас прекрасно понимал, что не справедлив по отношению к главе Мизуно. Он слышал, что до этого уже были покушения, так что рано или поздно они должны были добиться успеха.

А вот что реально злило, так это пояснение Джишина почему ситуация вообще произошла.

Как оказалось, виной всему была излишняя мягкосердечность Кейташи по отношению к своему клану.

Друг Джишина до последнего надеялся обойтись полумерами и словами, и легкими наказаниями привести главные семьи к покорности.

Конечно, у Мизуно не было такого жестокого разделения на старые и новые семьи. Но некоторые, как говорится, были все равно «ровнее».

Принцип же воителей прост, как табурет. Доброту они рассматривают исключительно, как слабость. Не убил преступника, а вместо этого его пощадил? Значит, ты испугался его семьи и можно и дальше творить все, что хочешь.

В письме Джишин кратко обрисовывал политическую ситуацию в клане и сообщал каким семьям можно верить, а каким решительно нет.

Сложность была в том, что большая часть клана находилась под вопросом и надо было разбираться уже на месте.

Единственное, что внушало надежду это то, что Джишин связался с Аоем, по прозвищу Водяной душитель, а заодно родным дядей Кейташи.

Ордынцев помнил этого сурового и любящего правила человека. В этой ситуации он ему уже нравился.

Аой был готов встретить Стаса и провести его к постели главы Мизуно, не допустив смерти Змея от рук мятежников.

Невольно Ордынцев задумался о том, чтобы все бросить и послать всех к черту, но сам же прекрасно понимал, что он не может так поступить.

И дело было даже не в том, что его так или иначе найдут.

Вздохнув, Стас пошел собираться и отдавать последние указания. Главой госпиталя он планировал оставить Кизаши.

Он уже отчитался командованию об успехе молодого алхимика, так пусть продолжает нарабатывать репутацию. Самые большие проблемы он решил, так что Кизаши должен был справиться.

Оставалось решить, кого он должен был взять с собой к Мизуно.

И как бы ему не хотелось взять всех, Мари, к сожалению, не подходила.

Несмотря на весь свой талант она в лучшем случае лишь приближалась к уровню среднего ветерана. В той же заварушке, что грозилась утопить их всех, нашлось бы место только для полноценных высших.

Это относилось к Кенте, но оставался вопрос с Минору.

В конце концов она была самой разыскиваемой в этом мире ёкай.

И здесь был один забавный нюанс. Как таковую, ламию могли узнать лишь оммёдо. Более того, отказавшись от своего змеиного вида, она смогла очень сильно размыть свою видовую принадлежность, хорошенько себя скрыв.