Собрались все где-то в течение часа. Еджун был знаком и с Анджоном, и с Джинхо, но поверхностно — имя и не более. Но неловкости не было. Бабуля заранее подготовила угли для барбекю, поэтому мясо они начали обжаривать, едва расселись за столом. Выпивать тоже. Попробовали бабулину настойку, потом вежливо убедили ее, что она слишком хороша и полезна, чтобы пить ее в больших количествах, и перешли на виски.
— Вы, получаете, не пьете виски? — удивился Еджун.
Дан достал очередную коллекционную бутылку, в этот раз уже другую. Еджун с Анджоном на пару оценивали напиток, вслух комментируя оттенки вкуса, а Дан с Джинхо их высокоинтеллектуальную беседу поддержать не могли. Дан не каждый дорогой виски отличит от дешевого. Есть такой узкий спектр алкоголя — с мягким вкусом, обычно с легким фруктовым ароматом или даже послевкусием. Эти марки Дан худо-бедно отличит от обычного Jack Daniels. А вот сказать, где три года выдержки, а где тридцать лет — это для него какие-то тайные, шаманские знания.
Когда Джинхо ответил на вопрос Еджуна, тот легкомысленно заметил:
— Это вы просто всего два года как дебютировали. Мы тоже первое время паиньками были. Потом началось: и алкоголь, и сигареты, и марихуана…
— У тебя же были отрицательные тесты на наркотики! — удивился Дан.
— Да, потому что я не курил. Я в этом плане немного труслив был, решил сначала посмотреть, как Ахену будет. Но того что-то жестко вставило, он начал бегать по комнате и кричать, что он — бабочка… в общем, я решил, что мне это не надо.
Все за столом начали хохотать, представляя эту ситуацию. Ахен на сцене всегда казался очень суровым парнем, у него немного резкие черты лица. Представить его в роли «бабочки»…
— Нам, кстати, потом так от Суджина влетело, — вздохнул Еджун.
— От вашего директора? — уточнил Анджон.
Еджун кивнул:
— Ага. Мы же были первой группой, которую он продюсировал сам, без оглядки на других. Временами он с нами на расписания ездил, как менеджер. С его точки зрения — его детишки попали в плохую компанию и их нужно было спасать.
— Он вам много свободы давал, — заметил Анджон. — Сейчас, как мне кажется, у вас в агентстве айдолы уже строже соблюдают правила.
Еджун пожал плечами:
— Возможно. Но это время такое было. Мы тогда не были единственной группой, где мемберы сами сочиняют себе музыку. Да и свободы у айдолов тогда было больше. Никто нам ничего толком не запрещал, мы были рабами только в плане денег и сроков контрактов. Это вы уже на семь лет контракты подписывали. У нас первый был десять лет, Суджин тихонечко его исправил, чтобы избежать гнева фанатов.