— Но это не всё? — уточнила Юнхи.
— Не всё, — согласно кивнул Тони Кавалли. — К декабрю мы планируем выпустить новый парфюм. Долгое время это направление не было приоритетным у бренда, но сейчас мы хотим сделать громкий запуск парфюма нового поколения.
Бёль боковым зрением увидела, как напряглась Юнхи. Кажется, это что-то действительно важное.
— Мы знали, что будем брать кореянку для рекламы, желательно, такую, чтобы она была популярна у молодежи. Я хотел поговорить с Бёль, чтобы понять — подходит ли она по характеру.
В комнате повисла пауза, явно немного напряженная.
— То, что она так умеет перевоплощаться, мне понравилось. Она сможет стать не просто моделью, а олицетворением аромата, что наверняка даст хорошие цифры продаж. Так что — мы хотим заключить дополнительный контракт. В отношении одежды и сумок ничего не меняется — она может носить другие лейблы в рамках договоренностей, но вот парфюм…
— Я понимаю, — поспешно заверила Юнхи. — Мы умеем с этим работать. Могу дать гарантии, все будут уверены, что сама Бёль пользуется только им.
— Вы еще даже не знаете, что это за парфюм, — усмехнулся Тони Кавалли.
Он встал со своего места, подошел к письменному столу, взял со столешницы небольшую коробочку и вручил ее Бёль. Та растерялась, но снова выручила Юнхи. Бросив извиняющийся взгляд на дизайнера, она помогла Бёль открыть коробку и достать простой флакон без каких-либо надписей и украшений. Аромат нанесли сразу на запястье Бёль. Запах был очень нежным, Бёль не могла сказать, чем именно пахнет — улавливалось что-то цитрусовое, но это точно не основа аромата. Пока Юнхи восхищалась легкостью аромата, Бёль ощутила и что-то… фруктовое?
Бёль тоже высказала свое мнение о запахе, причем Кавалли был приятно удивлен, что она почувствовала фруктовый шлейф.
Пока сотрудники бренда сервировали стол, Юнхи получила от мистера Кавалли тонкую папку с предварительным контрактом. Потом они пили чай и мистер Кавалли практически вынуждал Бёль рассказать, что ей нравится в одежде, в чем ей особенно удобно, что она предпочитает носить на сцене. Удивился, когда Бёль призналась, что ей на сцене, наоборот, комфортнее в яркой и смелой одежде — это как будто разделяет ее в жизни и на сцене.
— Мне это напомнило Сашу Фирс, — улыбнулся мистер Кавалли. — У твоего альтер-эго нет имени?
— Альтер-эго? — удивленно переспросила Бёль.
— Ты не знаешь? У Бейонсе есть альбом, который она назвала именем своего альтер-эго. Это ее сценическая личность — та женщина, которая бесстрашно зажигает на сцене.
— Вам, кажется, рассказывают об этом во время обучения? — удивленно уточнила Юнхи.