Рыкнул кто-то из питомцев, а кто-то заскулил. Раздался всплеск. Дунай кинулся к матерящейся Костроме.

— Инна!

— Да жива я!

— Куда попал?

— Ловите урода! Уйдёт!

Пробегая мимо Костромы, я сунул ей в рот капсулу «лечилки», которую достал заранее, ещё пока мы в кустах лежали. Как знал, блин…

— Поймай ублюдка! — рыкнула она.

Нога и бок девушки были покрыты кровью. Не знаю, из чего стрелял этот урод, но очень напоминало попадание из дроби. Штук десять пробитий, вокруг которых расползались красные разводы крови.

Отвечать я не стал. Молча проскочил сквозь плывущее облако порохового дыма. Мельком отметил, что Шрам лижет окровавленный бок. А потом увидел блондина. Тот плыл по стремнине реки. Над водой только его голова болталась.

Дёрнув затвором, который откинул гильзу из ствола, я зарядил винтовку. Прицелился и выстрелил. Рядом с белым пятном головы взвился фонтанчик воды. Промах! Я снова перезарядил винтовку. Кто бы только знал, как мне не хотелось лезть в воду… Выстрел — и снова промах.

Блондин перестал доверять течению и принялся грести. Я кинулся вдоль берега, пытаясь на ходу перезарядить оружие. Патрон никак не вставлялся, а затвор не удавалось с первого раза закрыть. Мысленно матерясь, я успел сделать третий выстрел. Голова блондина мелькнула над не слишком бурным гребнем переката — и скрылась на спуске. Зар-р-раза!..

Втянув в себя воздух, закинув за спину винтовку и проклиная не в меру ретивых воров, я разбежался как мог… И в том месте, где русло реки сужалось, а у берега было явно достаточно глубоко, сиганул в воду.

Сразу же погрузился с головой. Вынырнул, фыркая. Течение подхватило меня и понесло вперёд. Мелькнула мысль, что надо было хотя бы до переката добежать, а потом прыгать. Но как мелькнула — так и пропала. Меня как раз подняло на гребень вала и бросило вниз, чудом не размазав о валун посреди русла.

Бурная вода пару раз затаскивала меня под воду, но я выплывал и отфыркивался. Когда вынырнул во второй раз, перекат закончился. Течение тут было всё ещё бурное, но терпимое. Я увидел мелькнувшую белобрысую макушку. Хмурый блондин Коля плыл к противоположному берегу.

Пришлось самому, что есть силы, работать руками и ногами. В тот момент я думал только о том, чтобы догнать урода и жестоко покарать. Забыл только, что меня тоже могут… Когда, шатаясь и высоко задирая ноги, я выбирался по мелководью, Коля напал…

Он поджидал меня в зарослях травы у берега. Дождался, когда окажусь рядом — и накинулся, норовя ударить медным ножом. Я не успевал среагировать, не успевал уклониться… Только топор успел вытащить — чтобы подставить его под удар.