— Кровь? С мотыльком? — Ванесса удивлённо наклонилась над мокрым пятном. — Ну да… похоже на то. А ты откуда про мотылёк знаешь? Ты же не местный.

— Так… Силкин рассказал, ещё при жизни.

— Да понятно, что не после. — Ванесса усмехнулась. — Или ты и с мёртвыми разговариваешь?

Она покрутила у виска пальцем и изобразила гримасу.

— Не болтаю, но мне бы это сейчас не помешало.

— Слушай, а ты правду сказал, что Силкин имя Джейкоба назвал?

— Да, а что?

— Просто… это даже звучит странно. На кой чёрт ему Силкина убивать? Если бы он хотел подмять под себя власть, то действовал бы иначе и наверняка. Не стал бы он главу вот так в открытую убивать. Он ведь желает завоевать город через народ, а не силой. Если он начнёт тут Гражданскую войну, то некому будет мотылёк покупать…

— Я не знаю, что в голове у этого придурка, но Силкин сказал мне именно это.

— Ладно… признаюсь, я почему-то хочу тебе верить. Зацепка и в самом деле неплохая, но владельца этой крови не вычислить, даже если найти лучшую ищейку в чистилище. Когда кровь смешивается с мотыльком, её уже не отследить. Тот, кто пришёл сюда, явно не был дураком.

— И какие у тебя предложения?

— Очень простые и внятные. Даже такой дурачок как ты сможет это понять.

Я вопросительно посмотрел на Ванессу, но она почему-то молчала, словно чего-то от меня ожидая.

— Ну? Ты будешь говорить?

— Буду, но только после твоего поцелуя!

— Да ты сбрендила! Не буду я тебя целовать. Ты же чокнутая!

— Тогда ищи своего убийцу сам и без моей помощи. Кстати, кузнецы у нас паршивые, а значит и секира тупая. Рубить голову будут очень долго.

Услышанное меня переубедило.

— Хрен с тобой, золотая шмара… — прошептал я, но Ванесса меня услышала.

— А вот это было очень некультурно! Почему же шмара? С золотой я ещё соглашусь, а вот со шмарой не очень… Мне просто нравятся такие… как ты. — она ехидно улыбнулась и прикусила ноготок. — Так что? Целуешь или нет? Мне уже натерпится узнать, как ты это делаешь… Нежно или страстно… С языком или…

Договорить она не успела. Я прервал её на полуслове и поцеловал. Да сделал это так, как обычно делал в свои лучшие годы, имея язык куда длиннее и извилистей, но судя по изменившемуся лицу Ванессы, ей всё понравилось и так. А ведь правду Асмодей говорил… главное не размер, а умение!

Отпрянув от девицы, я уставился на неё в ожидании ответа. Ванесса не торопилась, похоже, прокручивая этот поцелуй в голове множество раз.

— Знаешь, а мог бы и получше. — произнесла она и вытерла губы, чем ранила меня в самое сердце.

Получше⁈ Да я показал ей всё, на что способен!